Она резко переключилась на другую тему, как будто стараясь выбраться из некоего засасывающего эмоционального болота, в которое она угодила:
– А у тебя? Дома сейчас, наверное, жена волнуется – где её Лёшенька? Что с ним?
– Я не женат, – ответил Шаховской.
– А что так слабенько? Достойной не сыскалось?
– Всё совсем не так, как ты пытаешься подколоть.
– Ну, значит, девушка ждёт такого красавца писаного, или ты не по этой части? – она улыбнулась.
Шаховской пропустил мимо эту колкость:
– И девушка не ждёт…
– А тут-то что мешало?
– С девушкой? Была, конечно, и девушка. Но мы с ней свадьбу всё почему-то откладывали. То у меня, то у неё не срасталось по времени. Короче, мне так показалось, что она просто особо и не спешила. А я её очень любил, – было заметно, что Шаховскому нелегко рассказывать малознакомой женщине подробности своей личной жизни, но что-то подталкивало его на эту откровенность. И продолжил: – Хотя она говорила, что тоже любит. Но как пришёл приказ, что меня в Афган отправляют, то я нашёл повод для ссоры, сказал, чтобы забыла меня.
Тася аж застыла от неожиданности. Она не могла переварить полученной информации. У неё просто не укладывалась в голове. В его словах, на её женский взгляд, логики не было совсем!
– Зачем?! – изумилась она. – Ты такой глупый, что ли? Буратино, что ли, деревянный? Или, может, перебухал? Ты знаешь – если дурак, то это уже надолго. Это не лечится. Тут взялся за грудь, про стыдуху забудь! А ты? «Забыла меня», – передразнила Тася Шаховского.
– При чём тут «дурак»? Просто не хотел к чему-то её обязывать. Если бы что случилось и, к примеру, укоротило меня основательно, без ног остался? Такое бывает. А она девчонка молодая. Что ей, на инвалида было бы всю свою жизнь разменивать?
Он замолчал, о чём-то задумался и тяжело произнёс после короткой паузы:
– А может, и себя пожалел. Времени же много должно было бы пройти. Если бы вернулся, а у неё есть кто-то? Не знаю, как бы я себя повёл…
– Что? Такой правильный, что решил даже ожиданием девушку не обременять? Типа – «Князь благородный»? Да просто ты не любил по-настоящему! Когда любят, тогда верят! – очередью выпалила Тася возмущённую тираду.
Алексей задумчиво произнёс:
– Наверно. Возможно, ты права! Больше просто влюблён был, как мальчишка. Сильно влюблён… а по-настоящему, видимо-то, и не любил.
Тася закончила обработку, перевязку, сделала аккуратную маленькую круглую прокладку из пластыря на лбу.
– А во лбу звезда горит… – распевно процитировала она Пушкина. – Ну, чеши, князь благородный, – завершила она иронично свою работу.
Шаховской встал и с деланной церемонностью слегка приобнял Тасю. Она же, выставив согнутые в локтях руки, отстранилась и, ёрничая, ответила:
– Благодарствую.
Он открыл дверь кунга, спрыгнул и направился к своему БТРу, чтобы встретить назначенный патруль и проинструктировать. Чего-то сложного в их действиях не было – всего-то патрулировать парами по периметру стоянки батальона. Учитывая то, что духи имели совершенно очевидные планы всячески препятствовать общей оперативной группе, в эту ночь требовалась особая бдительность.
Задачей патруля было не допустить внутрь, за периметр своей стоянки, кого-либо из афганцев, даже детей – все они рассматривались как потенциальный «ходячий гексоген». Так уже бывало. Нужно не допустить подрывов смертников – пеших или на какой-то одноразовой барбухайке.
Ну и как водится, следить, чтобы свои же проныры из других подразделений не спёрли чего-нибудь из запчастей или иного имущества, если у кого-то «чего-нибудь» стало не хватать, а им это нужно срочно. Ожидать в такое время безответственности от назначенного состава патруля было нелепо, потому что солдаты видели и понимали всё, что происходило утром и днём. А значит, могли оценить возможные опасности ночью. Для Шаховского сейчас было необходимо лишь запустить сам механизм, чтобы всё начало работать как часы. А что и как делать, солдаты и сами знали.
Когда Алексей подошёл к своей машине, то его экипаж доедал ужин, расположившись и погрев пищу на маленьком костерке, разведённом в выкопанной возле машины ямке. Женя на правах старшего, который во время отсутствия офицера отвечал за весь экипаж, спросил:
– Товарищ капитан, ужинать будете? Мы вам оставили, сейчас быстро разогреем. Картошечку с лучком пожарили. Тушёнка, чай.
– Нет, мужчины, спасибо, вы убирайте. Сейчас будет патруль на инструктаж. Так что я позже перекушу, в техлетучке. У вас самих к завтрашнему дню всё готово?
– Вроде да, – ответил Женя. Он посмотрел на молодых. – Всё готово?
Те энергично закивали.
– Ещё раз всё проверьте. Женя, подскажешь, – распорядился Шаховской.
Подошли солдаты седьмой роты, которых привёл Медведков. Он построил их для осмотра. Все были одеты как надо, аккуратны и даже для подобных обстоятельств опрятны. Шаховской коротко поставил задачи, назвал пароль для пропуска и отправил первую смену на маршруты. Остальные пошли отдыхать.
Алексей предупредил:
– Женя, я в летучку техпомощи. Буду там до утра. Если что, ты знаешь, где меня найти.
