– Да, вы правы. Этого мне всегда недоставало. Вот если бы существовал легкий способ…
– А вот он, перед вами, – небрежно махнула рукой Клэр. – Достаточно пробежать по этому зеленому откосу.
Всего несколько секунд. Помните, в прошлом году здесь разбился ребенок?
– Да, – медленно проговорила Вивиан, – это и впрямь легко.
Клэр насмешливо рассмеялась, и Вивиан вздрогнула, словно очнувшись.
– Клэр, прошу вас, подумайте еще раз. Неужели вы не донимаете, что просто не имеете права делать это со мной после всего, что я пережила. Поверьте мне, я не буду пытаться увидеть Сирила. Я стану хорошей женой Джералду, клянусь вам. Или хотите, я уйду от него? Сама потребую развода? Все, что вы захотите, Клэр. Все что скажете…
Клэр поднялась.
– Советую вам, – проговорила она, – поскорее поговорить с мужем. Пока этого не сделала я.
– Ясно, – тихо проговорила Вивиан. – Но я никак не могу замешивать в это Сирила…
Она тоже поднялась и легко зашагала к тропинке. Дойдя до нее, она на секунду остановилась, словно в раздумье потом обернулась к Клэр и, помахав рукой, бросилась бежать вниз по откосу. Клэр, окаменев, смотрела, как она бежит: радостно, легко и свободно, словно ребенок.
Потом она исчезла, и снизу донеслись крики и истеричный визг какой-то женщины. А потом наступила тишина.
Клэр постояла еще немного и неуверенными шагами двинулась к тропе. В сотне ярдов дальше стояла группа людей. Все они смотрели вниз. Клэр сорвалась с места и подбежала к ним.
– Да, мисс, кто-то упал с обрыва. Двое мужчин спустились вниз... посмотреть.
Они молча ждали. Час или вечность? Клэр этого не знала. Потом на тропинке появился викарий. Он был в одной рубашке. Пальто он снял, чтобы прикрыть то, что лежало внизу.
– Ужасно, – сказал он. – Но, по крайней мере, она умерла мгновенно. Легкая смерть.
Он заметил Клэр и подошел к ней.
– С вами все хорошо, моя дорогая? Я понимаю, какой это для вас шок. Вы ведь только что с ней разговаривали?
Клэр услышала свой голос, и опять он говорил все совершенно правильно.
Да. Они вместе гуляли. Нет, леди Ли вела себя совершенно нормально. Кто-то из свидетелей подтвердил, что женщина смеялась и даже махала кому-то рукой. Такое опасное место. Давно уже пора поставить перила.
– Какая нелепость, какая нелепость, – потерянно повторял викарий.
Она хрипло расхохоталась, и смех эхом прокатился над скалами.
– Чушь! – твердо сказала Клэр. – Это я ее убила.
Кто-то похлопал ее по плечу, и чей-то голос успокаивающе произнес:
– Ну-ну, все будет в порядке. Сейчас вы придете в себя.
Но Клэр не пришла в себя. Ни в тот день, ни после – никогда. Она продолжала настаивать, что убила Вивиан Ли, хотя все свидетели как один утверждали, что этого не было. Клэр настаивала. Она рыдала и билась в истерике до тех самых пор, пока в дело не вмешалась сестра Лорристон. Сестра Лорристон умела ладить с душевнобольными.
– Соглашайтесь, – сказала она врачу.
Тот подумал и согласился. Палату, в которую поместили Клэр, обставили как тюремную камеру. Ей сказали, что она приговорена к пожизненному заключению, и сестра Лорристон – надзирательница тюрьмы в Пентонвилле[16]. И Клэр успокоилась.
– Думаю, – сказала сестра Лорристон врачу, – волноваться теперь не о чем. Да, доктор, я считаю, ножи ей можно оставить. Ни малейшей опасности самоубийства.
Да, уверена. Не тот тип. Слишком зациклена на себе.
Странно, но именно такие люди чаще всего теряют ощущение реальности и переступают грань.
– Мне нравится, – сказал я, когда Фенелла умолкла.
– Еще бы Это ведь о нашем с тобой предке. Если быть точной, то о дедушке дяди Майлза. Он сколотил на контрабанде целое состояние и где-то спрятал, а вот где – неизвестно.
Фенелла была просто помешана на своих предках.
Интерес, который она к ним питала, всегда казался мне как минимум нездоровым. Лично меня куда больше интересуют насущные проблемы, как то: отсутствие денег в настоящем и сомнительность их появления в будущем.
Но старинные баллады Фенелла поет изумительно, этого у нее не отнимешь.
Фенелла – это моя кузина и время от времени невеста. Очень хороша собой. В периоды финансового подъема мы обычно помолвлены. Когда наступает спад, приходится разрывать помолвку до лучших времен.
– И никто не пытался отыскать эти сокровища? – поинтересовался я.
– Ясно, пытались. Только никто пока не нашел.
– Значит, плохо искали.
