- Такие вести, эфенди-бей, родным не говорят, - промолвил Богдан, отворачиваясь, чтобы враг не видел слез, навернувшихся ему на глаза.
В это время к бею подошел аскер и отрапортовал:
- Из военачальников гяуров пленены: раненый польский гетман Конецпольский...
- Отправить к Искандер-паше! - велел он. - Еще кто?
- Воевода Струсь, князья Корецкий, Потоцкий, Казановский и немец Ференбах. Остальных ищут среди раненых и пленных.
- А Хмельницкого нет среди пленных? - спросил встревоженный Богдан.
- Хмельницкий? Чигиринский подстароста?.. - отозвался один из турок. Среди пленных его нет.
- Значит, убит... - с горечью произнес Богдан, почувствовав, как вдруг под ним закачалась земля.
- Этого, что говорит на языке правоверных, оставить при мне! - велел бей в кольчуге, показывая рукой на Богдана.
А тот, собрав все силы, сказал:
- Прошу всесильного владыку оставить при себе раненого пленника, чтобы я мог ухаживать за ним...
Бей улыбнулся:
- Обоих Жолкевских также оставить в моем ясыре!..
Затянутое тучами солнце ушло за Прут. Накрапывал дождь, и над утихшим полем Цецорской битвы опускалась темная осенняя ночь.
