Провозившись с больным товарищем, ребята не заметили, как всё вокруг стемнело. Окно превратилось в сплошной чёрный квадрат, выдавая наступившую ночь. После очередного приступа страшных резей в желудке, Геранину вдруг полегчало настолько, что он успокоился, и перестал стонать. Теперь он лежал с закрытыми глазами, и тяжело дышал. Ребята сидели возле него молча.
Только сейчас, когда состояние больного наконец-то улучшилось, Ольга ощутила, как сильно она устала. Продолжительное нервное напряжение очень быстро её измотало, лишив сил. Голова стала чугунной. Безумно хотелось прилечь. В довершение ко всему, на неё угнетающе действовали духота и тяжёлый запах, наполнявшие каюту. Но Оля терпела, стараясь не думать о своей усталости. Это была даже не самоотверженность, а, наверное, безысходность. Ведь она догадывалась, что за всем этим стоит. Ольге казалось, что только она способна отвоевать Владимира у Хо, хотя бы потому, что кроме неё более никто даже не подозревает о существовании этого чудовища. Ради этой победы она не жалела своих сил.
К тому же, ей было жаль Геранина. Раньше он не вызывал у неё никаких симпатий, скорее напротив. В основном она была к нему предельно равнодушной. Но сейчас, когда толстяк лежал перед ней, измученный и беспомощный, в её душе проснулась самая искренняя человеческая жалость. Каким бы ни был Вовка Геранин, сейчас он нуждался в её помощи, и она должна была ему помочь.
Но коварная усталость с каждой минутой одолевала Ольгу всё сильнее. Её глаза слипались, постоянно хотелось зевать, голова становилась всё тяжелее. Геннадий, видимо почувствовав, что она держится из последних сил, в конце концов обратился к ней:
— Мне кажется, что тебе пора отдохнуть.
— А? — вздрогнула Оля. — Не-ет, всё нормально, Ген. Я не устала.
— Устала-устала, я же вижу. Ступай, тебе нужно поспать.
— А вдруг…
— Всё будет в порядке. Не волнуйся за Вову, я глаз не сомкну, буду за ним следить. Если что — позову тебя. Договорились? — капитан улыбнулся. — Как видишь, ему стало полегче. Он даже заснул.
— Да, — согласилась Ольга. — Это хорошо.
— Ну вот. Так что иди отдыхать. Ситуация под контролем.
— Ладно. Но если что-то случится, обязательно позови меня.
— Непременно.
Заручившись обещанием Осипова, девушка бросила заботливый взгляд на больного Вовку, после чего медленно, словно нерешительно, покинула каюту.
Дремавший Сергей был разбужен стуком открывшейся двери. Подняв голову, и увидев пришедшую подругу, он поспешно нащупал на стене выключатель, и включил ночник. Войдя в каюту, Ольга зевнула и, подойдя к своей койке, прилегла на неё.
— Ну, как он там? — осведомился Серёжка.
Хоть он и не назвал имени, было понятно, что вопрос касался Геранина.
— Ему стало получше, — ответила Оля. — Он заснул.
— А-а. Это хорошо. Удивляюсь, как вы там не задохнулись от его выхлопов?
— Мы проветрили каюту.
Сергей улыбнулся, перевёл взгляд на стол, и тут же, вспомнив о чём-то, воскликнул:
— Слушай, Оль! Тут же, это самое…
Спросонья у него ещё не получалось нормально выражать своим мысли.
— Что?
— Вот, — Он сдёрнул полотенце, под которым были спрятаны три тарелки. — Это ужин. Садись, поешь. Я-то перекусил с Лидкой и Бекасом, а ты у нас сегодня с утра ничего не ела, провозилась с этим Вовкой и голодная осталась.
— Значит ты уже поел?
— Да. Лида нас накормила. Мы хотели вас позвать, а в этот момент как раз у Вовки очередной приступ начался. Он орал как резанный. Бекас заглянул к вам в каюту, и сказал, что вы там около него прыгаете, ну мы и решили вам не мешать. А еду вашу принесли сюда. Это для тебя, Генки и Вовки. Уже, наверное, всё остыло.
— Ничего страшного, — Ольга поднялась с кровати и взяла одну тарелку. — Нужно ещё ребят накормить.
— Я им отнесу. Ты давай ешь.
Ольга вновь села на койку, держа тарелку в руках. Всё-таки её голод был сильнее усталости. Не смотря на то, что простенькое кушанье, приготовленное Лидой, было уже чуть тёплым, она ела с большим аппетитом.
— Кушай-кушай, никого не слушай, — с улыбкой подмигнул ей Сергей. — А я пока пойду, отнесу пацанам их заслуженные порции.
— Серёж, у меня к тебе просьба, — обратилась к нему Оля.
— Какая?
— Гена тоже устал и нуждается в отдыхе. Ты не мог бы подежурить с ним около Володи, пока я не приду?
— Конечно. Я и сам об этом думал.
— Правда?
— Да. Я успел отдохнуть, пока вы там возились с Вовкой, и могу подстраховать Генку.
— Отлично. А то он там один с больным остался сидеть. С тобой ему хоть повеселей будет. Спасибо тебе.
— Не за что, — Сергей улыбнулся краешком губ, и направился к выходу, аккуратно неся тарелки в обеих руках.
Ольга тут же встала с кровати и, опередив его, услужливо открыла дверь.
