— Чё ты сделала, дура? — лениво возмутилась соседка. — Сотри это.
— Не хочу. Так красивее.
— Ты действительно дура.
— Может быть я и дура, но у меня ещё осталось чувство собственного достоинства. Сколько можно выносить такое обращение с нами?
— Сколько потребуется — столько и будем, — равнодушно ответила блондинка, натягивая чулок на ногу. — Нам за это платят, не забывай.
— Да к чёрту эти деньги! Я бы с радостью швырнула их в его наглую морду!
— Ой-ёй-ёй, какие мы гордые. Между прочим, насильно тебя никто в эту поездку не тащил. Сама согласилась. Даже радовалась. А теперь что?
— Я не думала, что будет настолько хреново. Он же обращается с нами, как со скотом! Вчера своим ножом дурацким мне всю спину исцарапал, урод.
— Тише ты. Вдруг он не спит?
— Ну и пусть! Пусть слушает! Садист недоделанный.
— Хватит сотрясать воздух. Твои царапины заживут. Не бог весть, какие раны. Самое главное, что тебе заплатят. Причём неплохо. Здесь мы — на работе. Поэтому помалкивай в тряпочку, и выполняй свою задачу. Клиент всегда прав — таково правило.
— Лучше бы я дома осталась.
— Ну, знаешь что, хватит! Надоела уже со своим нытьём, — блондинка выпрямилась и прошлась по комнате. — Завтра вернёмся в Сочи, и забудем всё это приключение, как плохой сон.
— У меня уже такое ощущение, что это плаванье никогда не закончится.
— Не говори чепухи, — девушка направилась в сторону спальни. — Пойду, посмотрю, как он там.
— Да чё на него смотреть? Дрыхнет он. Пьяная сволочь.
Брюнетка отвернулась обратно к зеркалу, и принялась причёсываться. Неожиданно послышавшийся голос заставил её вздрогнуть и повернуть голову.
— Мать моя! Чего это с ним?!
— Что там с ним стряслось?
— Я… Я не знаю. Это… Это что-то совершенно непонятное. Иди, сама посмотри.
Голос подруги был озадаченным и испуганным. Отойдя от зеркала, девица собралась было идти в комнату, как вдруг свет в каюте погас на секунду, после чего вспыхнул вновь. Вместе с этим, по внешней обшивке судна что-то тихо прошуршало.
— Что за приколы?! — притормозила черноволосая, взволнованно оглядываясь по сторонам.
— Иди сюда! — почти выкрикнула её напарница.
Бросившись в спальню, брюнетка проскочила между шторами, и застыла в полнейшем оцепенении. Коллега-блондинка, тяжело дыша и неестественно ссутулившись, стояла возле кровати, в которой…
Разум Лидии начал выводить её из этого мистического видения, интуитивно предчувствуя ужас, очевидцем которого вот-вот должна была стать девушка, в сознание которой, необъяснимым образом, она сумела вселиться. Лида выходила из транса мучительными рывками, как муха, прилипшая к паутине. Но увиденного ей хватило сполна. Обрывистые фрагменты прошлого, чередующиеся с невнятными искажениями и вспышками реальности, несли в себе нечто такое, что совершенно не поддавалось здравому смыслу.
Обезумевший взгляд метался по колеблющимся апартаментам, дрожащие руки расталкивали пространство, давящее на неё со всех сторон. Искусанные, опухшие губы шептали точно в бреду:
— Не могу… Не хочу видеть… Оно же высосало ей глаза… Прочь, прочь. Не надо. Хватит!
Ольга устало опустилась на кровать. Она чувствовала себя предельно измученной и измождённой, не смотря на то, что с момента её пробуждения прошло всего несколько часов. Кроме недолгих сборов на камбузе, она с утра более ничем не занималась. Непонятно, чем было вызвано её странное переутомление. Состояние было непонятным и тягостным. Все мышцы ломило. Слабость и сонливость угнетали её, путая мысли и сковывая движения. Корабль как будто бы вытягивал из неё жизненные силы. Лиша сидела рядышком, и смотрела на свою хозяйку. Несколько тягучих минут они сидели молча. Затем Оля перевела взгляд на ящерку и, когда их взгляды встретились, сделала короткий вопросительный кивок.
— Как настроение? — осведомилась Лиша, приподнявшись на передних лапках.
— Бывало и лучше. Но жить можно.
— Я знаю, как тебе помочь. Нужно пойти, прогуляться.
— Куда? — Ольга улыбнулась. — Опять пойдём смотреть на аэроскатов, или есть клубнику?
— Лучше! Я покажу тебе волшебный лес. Там так здорово. Красивые деревья и цветы. Бархатный мох и разноцветные камушки. Солнечные лучи нежно согревают землю, а маленькие ящерки беззаботно бегают и играют в мягкой траве, ничего не опасаясь. Ты отвлечёшься и развеешься.
— Отвлечься мне действительно не помешало бы. Но я почему-то тревожусь.
— О чём?
— Что-то подсказывает мне, что сейчас не время расслабляться и отвлекаться. Какое-то предчувствие мучает.
— Оставаться в плену предчувствий — не лучшее решение. Как ты можешь подготовиться к тому, чего сама не знаешь? Что свершится — то свершится. К сожалению, ты — не прорицательница, и в любом случае не сможешь предсказать будущее. Успокойся, и сохраняй самообладание. Немного отдыха тебе не повредит.
Ольга задумалась. Только сейчас она осознала, что вся каюта пропитана сладковатым, приятным запахом. Это была орхидея. Почему-то именно сейчас цветок пах особенно сильно, и его аромат не давал Ольге покоя, словно подталкивая принять заманчивое предложение Лиши.
— Ну-у, я не знаю, — всё ещё сомневаясь, пожала плечами девушка.
