Как выжить, если ты защищаешь закон там, где закона нет? Как выжить, если твои враги не знают слов «честь», «милосердие», «справедливость»? Как выжить, если смерть дышит в спину?Хочешь выжить — стань еще беспощаднее, еще злее, чем те, с кем вынужден сражаться. Хочешь выжить — стреляй, хочешь выжить — убей!
— Помогите! — раздался женский крик над темной гладью воды небольшого озерка.
— Заткнись, сучка! — ответил мужчина. Послышался всплеск и снова крик.
— Не трожьте ее! — крикнул кто-то третий. Раздалось несколько звучных ударов. — Кья-а! — Ответом на короткий крик-выдох был болезненный стон.
— Петр! — отчаянно позвала женщина.
— Маг врубите! — крикнул кто-то.
В стоявшем за лесополосой у свекольного поля «КамАЗе» открылась дверца.
В кабину забралась молодая женщина. Положила между сиденьями сумку и дотронулась до плеча лежащего на койке за сиденьями мужчины.
— Чего тебе? — недовольно спросил он.
— Слышишь? — Она кивнула в темноту ночи, откуда доносились приглушенные голоса. — Там...
— И что? — раздраженно перебил он. — На трассе порой такого наслушаешься. Если на все внимание обращать...
— Убивают! — Ему не дал договорить отчаянный мужской крик. — На помощь!
— И тут, заглушая его, громко запел Кучин: «...красный бан выйдет из-за ширмы, сразу видно — консультант иностранной фирмы».
— Вообще-то, — сказал водитель, — надо сваливать отсюда. — Он соскользнул на сиденье и, доставая ключ, спросил:
— Они нас видели?
— Не знаю, — тихо ответила женщина. — Я купалась, когда подъехали на «Жигулях» мужчина и женщина. Перед этим к ним...
— Ясно, — кивнул мужчина. Он всматривался в темноту, откуда слышались приглушенные звуки ударов и отрывистые вскрики.
— А эти, — негромко продолжала она, — на двух машинах. Когда с трассы свернули, «КамАЗ» фарами осветили.
Мужчина хотел что-то сказать, но в этот момент песня прервалась. Они услышали громкий голос:
— Там «КамАЗ» стоял! Туда! И кончайте с водилой!
С коротким матом водитель завел «КамАЗ». Тяжелая машина тронулась. В свете фар водитель и женщина увидели три легковых автомобиля и бегущих к лесополосе троих мужчин. Взревев двигателем, «КамАЗ» выехал на трассу. Выровняв тяжелую машину, водитель нажал на педаль газа.
— Они тоже выезжают! — воскликнула женщина. «На кой я остановился? — мысленно упрекнул себя водитель. — Из-за нее». Он покосился на пассажирку. В зеркальце заднего вида он увидел четыре пучка света от фар быстро приближающихся машин. Водитель увеличил скорость. Но легковушки стремительно приближались.
— Догоняют! — закричала женщина.
— Заткнись! — рявкнул водитель.
Он повел «КамАЗ» по середине дороги. Одна из машин, прижавшись к обочине, попыталась обойти его махину справа. Водитель усмехнулся. Вильнув пустым прицепом, «КамАЗ» заставил идущую справа «девяносто девятую» сбавить скорость. Слева начала обгон «десятка». Ощерившись в злой усмешке, водитель чуть притормозил и повернул руль влево. Резко взвизгнули тормоза, и «десятка» со смятым передом развернулась, вылетела на обочину и, скользя по травянистому пологому спуску, перевернулась. И еще раз. «Девяносто девятая» проскочила вперед метров на двадцать, остановилась и тут же двинулась задним ходом.
Затормозила у перевернутой «десятки». Из машины выскочили четверо и бросились к «десятке», из которой доносились зовущие на помощь голоса. Высунув голову в открытое окно, женщина видела только габаритные огни остановившейся «девяносто девятой». Повернувшись к водителю, до половины подняла опущенное стекло и нерешительно спросила:
— Ты будешь в милицию обра...
— Вот что, — резко перебил ее он, — ты забудь обо всем, что видела и слышала. Если где хоть слово вякнешь... — Не договорив, взглянул на нее.
— Но ведь они могут гаишникам сообщить.
— У них около озера минимум пара трупов, — снова перебил ее водитель. — Им ни к чему милицию в это втягивать. Конечно, если что-то про озеро вякнуть, — он криво улыбнулся, — то можешь запросто где-нибудь на трассе остаться. В такие дела лучше не лезть — здоровее будешь. Хотя что я тебе это разжевываю, ты и сама в курсе событий на трассе.
— Давно работаешь?
— Недавно, — опустив голову, отозвалась она.
— Ни хрена себе, — весело удивился он. — Она еще и смущаться умеет. — Снова быстро взглянул на нее, вздохнул.
«Зачем остановился? — мысленно уже не в первый раз спросил себя водитель. — Впрочем, тормознуться нужно было. Вымотался до предела. До столицы без перекура шел. Выгрузился — и назад. А тут еще она». Сунув в рот сигарету, он щелкнул зажигалкой.
— Дай закурить, — вздохнула женщина.
— Интересно, — пробормотал он, — кто были те, на озере, которых эти любители Кучина пинали? Вообще-то они были на «девятке» и на «десятке», значит, не совсем крутые. — Он пренебрежительно усмехнулся. — Но почему тогда догнать пытались? Впрочем, чего удивляться. Любой бы на хвост сел.
— Дай закурить, — снова попросила женщина.
— Тебя где высадить? — не поворачиваясь, спросил водитель.
— Ты же говорил, что в Воронеж едешь, — встрепенулась она, — и обещал меня подвести.
— Короче, вот что, — бросил водитель, — в Ефремове выйдешь. И запомни, — угрожающе добавил он, — если где вякнешь...
— Подожди, — сказала женщина. — Ты же обещал, что до Воронежа довезешь.
У меня там... — Она вдруг замолчала.
— Ладно, — нехотя согласился водитель, — но как только в Воронеж въедем, выходишь.
