Речь зашла о ревности. С ней все было не так, это и был тот третий вопрос, с ответом на который они тянули, откладывая обсуждение. Влад откладывал. Хотел догнать сам. Теперь он немного понимал, как это работает и в свободное время штудировал психологическую литературу, много думал, прислушиваясь к себе. Хотелось если не на равных с доком, то хотя бы быть в теме. И все равно не понимал - насколько нормально, что он так легко принял то, что у Марины теперь другой?
Не совсем, правда – когда понял, что именно сказала Рита, резко потяжелело в районе сердца и как гири буквально, опустились руки. Это космическое комбо сопровождалось еще и страхом непонятного происхождения. Рюмка коньяка, которую теща налила к борщу, с чего-то вдруг попросив составить ей компанию, дала возможность глубоко и часто подышать сквозь зубы. Закашлялся, посидел… так и перетерпел незаметно - и тяжесть в груди, и противный холодный пот.
Но и физическая слабость неясной природы, и комплексно гадкое состояние – это было, а вот главной реакции в его понимании – злобы звериной и желания убивать, не случилось. Не способен оказался ни любить по-человечески, ни ревновать нормально… какого хрена с ним вообще делалось?
Хлипкая, слабачья какая-то ревность рисовалась. Или вообще не она. А должна бы, если любишь, это всем известно. Так может и не любовь у него? Поганая штука, как оказалось… И захотелось вдруг, чтобы этот диагноз или приговор, который, потеряв уже Маринку, он безжалостно поставил сам себе, был отменен. Все-таки док неправ – важно, чем именно было и как называлось его чувство, потому что любовь вещь серьезная – так просто не отмахнешься. А если не она - тогда хоть какие-то перспективы… не так тухло все. Сам понимал, что мысли наивные, детские какие-то, но…
В тот раз что-то пошло не так - Влад резко возразил, Михаил не остался в долгу… И да – нежно он не делал. И даже терпение и такт не всегда демонстрировал. А может как раз такое «нещадящее» или даже нещадное отношение и притягивало, заставляя возвращаться опять и снова в выдраенный до скрипа кабинет и создавая иллюзию того, что они с доком как бы и на равных. Не врач и больной, а собеседники в клубе по интересам. Больным быть не хотелось. Причина в психике и это напрягало. Раньше – нет, сам решил, что не впаривает реальность и решился... А сейчас уже напрягало.
Мужчины какое-то время сверлили друг друга взглядами. Потом Михаил миролюбиво подтвердил:
- Именно. Давайте еще померимся... кто ревновал сильнее и чаще.
- Ну да… - пошел на попятную Влад, - прошу прощения, как-то упустил из виду.
- Что хавать эту дрянь не ваша прерогатива? – нейтрально поинтересовался доктор, - ладно - принято.
- У нас же дискуссионный формат? – напомни Влад, - а я не согласен…
- Но я не так категоричен, просто делюсь наблюдениями. И кстати - специалист, проработавший для себя ситуацию, с которой пришел к нему пациент, всегда успешнее в терапии.
Влад молча развел руками – не возражаю раз так.
- Вернемся к предмету? Я все-таки за то, что ревность не побочный эффект любви и существует отдельно, как проявление примитивного собственничества. Вы абсолютно правы в том, что общая тенденция именно такова: когда ревнует мужчина, он злится, уровень агрессии резко возрастает. В женской ревности больше обиды, жалости к себе и страха за будущее.
- Что и требовалось…
- Нет. Вы были эмоционально травмированы всем, что случилось до того. Травматическая ситуация продолжалась, никак не разрешаясь и засасывая вас в воронку… На агрессию – очень сильную эмоцию, не осталось сил. В вас до сих пор присутствует тревожность. Случилось событие, не получившее логического завершения, вы не прожили его развязку. Вовлечены были, но до конца не прошли. И чем важнее или трагичнее событие, тем круче масштаб реагирования. Подсознание пытается самостоятельно прокрутить ситуацию до конца. Отсюда тревожность и все из нее вытекающее.
- Событие… какое из них? Событий этих так-то... У меня процесс недавно был – мог и не выжить, причем в буквальном смысле. Зависело от результата. Не удивлюсь, если ночью орал и ботал по фене, – безнадежно заключил Влад и уточнил: - Нет, я не каждый раз работаю с уголовниками-рецидивистами...
- Ваша работа, это… сейчас я о другом - вам нужно было поговорить с Мариной. Даже если не мирно и не раз. Но выяснить и проговорить свои и ее претензии следовало. Она была инициатором развода и для нее все логично – она завершила отношения и идет дальше. Вы же не совсем согласны со справедливостью ее приговора, даже если оправдали его для себя. Всегда нужно проговаривать проблемы и не в уме, а через рот. Тогда их станет в разы меньше. Иногда это проблематично, согласен - заставить говорить себя, заставить слушать ее, держа в узде нервы. Или не позволяют обстоятельства, не хватает решимости или слов… Трудно. Но стоит того, потому что дальше все станет еще труднее, а главное намного дольше.
