Он молчал, но так сильно сжимал кресло, что его костяшки побелели. Казалось, что он не моргает. Холодно, в этой комнате нет отопление, моя кожа превращается в гусиную. Неожиданно Паук хватается за голову и зажмуривается, я слышу стон, словно ему больно. Он точно ненормальный. Его дыхание стало прерывистым, громким, но это продолжалось не долго, мгновение и его глаза снова смотрят на меня, его лицо искривилось от злости, я думала, что видела оскал у Медведя, но это была еще улыбка, а сейчас на меня смотрел настоящий зверь. Он не встал, он словно подпрыгнул, ему хватило пары больших шагов, чтобы оказаться рядом со мной.
- Ты не представляешь, как сильно я тебя ненавижу. - я вскрикнула, когда он снова схватил меня за волосы. - Ты сделала ошибку приехав в этот город, у тебя были все шансы жить спокойно подальше от меня. - толчок в сторону стола. - Твоя вина, только твоя. - еще один толчок, я упираюсь животом в ребро стола.
Он слишком сильный, я не могу ему сопротивляться. Паук стоит за мной, его рука сжимает талию, но нас все еще отделяет расстояние.
- Нет! - я выкрикнула это слово, когда он грубо нагнул меня заставляя лечь животом на стол, но ему плевать, он продолжает надавливать на мою голову впечатывая щекой в холодное дерево.
Как бы я не пыталась успокоить себя в такой ситуации — это невозможно, я машинально пытаюсь сопротивляться, пытаюсь оттолкнуть его, убрать его руку, но получается лишь сделать себе больнее. Я обещала сдержать истерику, но я слишком эмоциональна для этого, я понимала, что произойдет что-то страшное, пыталась подготовить себя, но сейчас все оказалось куда хуже. По лицу стекают слезы, они попадают в приоткрытый рот, капают на стол, а я продолжаю брыкаться, пока он сжимает мои руки на спине. Я попросила помощи для Валеры, но не подумала о себе, я и правда дура.
- Ты думала, что обойдешься без боли?
До уха донесся звук расстёгивающейся ширинки, у меня началась настоящая истерика, я не плачу, я рыдаю, моля отпустить меня, но он непреклонен. Горячее, обжигающее, большое коснулось моего бедра, я попыталась сжать ноги, но он ударил меня по ягодицам просовывая свое колено и заставляя развести их для него. Моих сил недостаточно, пару надавливаний и дрожащие ноги поддаются.
- Не надо. - мои слезы никак не влияют на него, он словно не слышит меня или не хочет слышать.
Я вскрикнула, когда он отодвинул мои трусики и уперся в меня. Надавливание, еще одно, но ничего не получается, я не хочу, я не даюсь, но разве это может остановить его. Он резко подтягивает меня на себя закидывая ногу на стол и фиксируя ее рукой. Время остановилось, я не чувствовала ничего кроме боли, душевной боли, физической было много, и она смешалась, лишая меня вообще какой-либо чувствительности. Его рука на мой шее, ему ничего не мешает нажать сильнее и сломать кости. Я снова почувствовала горячее прикосновение, но он остановился, по телу прошла рожь, но не моя, его. Его руки стали дрожать.
- Одевайся и проваливай, я найду тебя позже, и мы обязательно закончим начатое. - он ослабил хватку и убрал от меня свои руки, его голос прозвучал так, словно провели острием ножа по стали.
Я слышала его, но не смогла повернутся, я словно не контролирую свое тело. Шаги, снова звук замка, какие-то шорохи, а дальше сильный удар и тишина, он ушел, он оставил меня одну. У меня нет времени, но я не могу успокоится, я медленно сползла на пол пытаясь унять истерику и слезы, которые превратились в водопад. Он почти сделал это, почти надругался, он монстр, псих, от которого я должна сбежать любой ценой. Я с трудом стояла на дрожащих ногах, но он мог вернутся в любую секунду, передумать и продолжить прямо сейчас, я быстро натянула на себя вещи и вылетела из его кабинета вытирая слезы. Сейчас на улицы будут его люди, каждый из них знает на что способен их начальник и что он мог сделать со мной, мерзко, не хочу, чтобы они видели меня, но я не знаю другого выхода. Я не могу успокоится, слезы продолжают стекать по щекам. На улице всего три мужчины, они не сводят с меня взгляд, я слышу смех, плевать, я, не думая, побежала. Сейчас важно лишь убраться подальше от этого места, но я успела заметить, что машины Паука нет. Грязь, огромные лужи, которые я перескакиваю, больная нога, которая и без того опухла и непрекращающаяся истерика, мне хочется кричать, хочется выплеснуть всю боль. В глазах пелена, несколько раз я чуть не упала, споткнувшись об камни. Вот эти железные ворота, дальше начинается дорога. Фигура мужчины впереди заставила меня остановится. Его только не хватало, я перешла на шаг, сил бежать больше нет, не думала, что такая слабая.
- Садись в машину. - я попыталась пройти, но мужчина перегородил мне дорогу.
Я не хотела, чтобы кто-то видел меня в таком состоянии. Он попытался дотронутся до руки, но я одёрнула ее прижимая к груди. Рукав куртки промок от слез. Он поднял руки вверх и сделал три шага назад.
- Я отвезу тебя к Даше. Сегодня Ник не появится.
- Нет. - я подняла голову вверх, пытаясь хоть как-то сдержать слезы. - Она. Не должна. Меня видеть. Такой.