Мы вышли на задний двор, Дима кивнул мужчине, стоявшему в нескольких шагах от нас, он ответил тем же и зашел в дом. Солнце медленно поднималось, туман почти рассеялся. Я думала мы будем говорить здесь, но Дима повел меня дальше, к какой-то деревянной постройке, похоже служившей сараем.
- Два правила. - он закрыл дверь, мне не нравился его тон. - Первое, в доме не прикасайся ко мне, особенно если кто-то есть рядом. Второе, слез быть не должно, Ника, это будет злить, ты видела к чему это приводит.
- Хорошо, я запомню. - в стенах много щелей, здесь довольно светло не смотря на отсутствие окон.
Мужчина взглянул на наручные часы.
- Ты хотела поговорить. Спрашивай. У нас не так много времени.
Я смотрю на этого сильного и уверенного мужчину и с каждой секундой понимаю, что снова хочу оказать в его крепкий объятиях, снова хочу уткнутся в его грудь и ощутить себя в безопасности. Либо я окончательно потеряла связь с реальностью, либо я влюбилась в него, и сейчас я бы предпочла первый вариант. Влюбится в человека, с которым никогда и ничего не может быть самое глупое, что я могла сделать в этой ситуации, я принадлежу Никите, он чётко дал это понять, если я проявлю хоть какие-то чувства к Диме, то его убьют. Не дура ли… Что вообще такое влюбленность? Может я ошибаюсь в своих ощущениях? Сейчас этот мужчина передо мной единственный, кто беспокоится и хоть как-то заботит обо мне, который показывает свое не безразличие, несмотря на то, что я его головная боль.
- Аня. - мое молчание затянулось.
Как бы смешно это не звучало, но мне кажется, что сама жизнь наказывает меня за что-то и возможно за проступки моего брата.
- Я здесь из-за своего брата, но тебе это и так известно. - мне нужно избегать взгляда этих серых глаз если я хочу сосредоточится. - Он совершил преступление и не понес должного наказания, а я так похожа на него, что спустя пятнадцать лет должна ответить за его грехи. Я вспомнила немного, но этого недостаточно, чтобы я понимала все происходящее. Мой отец, мой дядя никогда не расскажут праву. Ник ее не знает. А ты? - я не могла найти место рукам, снова заламывала пальцы. - Знаешь, иногда ты не похож на человека, серьезно, напоминаешь какого-то робота, идеальный во всем, все знаешь, многое можешь. Я уверена, что если кому-то и удастся узнать правду, то именно тебе.
- А ты готова к правде?
- Посмотри где я сейчас. - я усмехнулась. - Я ко всему готова.
- Ты правильно сказала, сейчас тебе приходится отвечать за грехи прошлого. Ты была наивной тогда, ты ей и осталась сейчас. - сейчас эти слова не звучали как-то обидно. - Ты стараешься смотреть на все не так, как оно есть на самом деле, в своей голове ты придашь всему какой-то светлый оттенок и тебя нельзя винить за это. Тогда твой отец имел много власти и мог сделать очень много, не всегда его действия были правильными, не всегда законными, но это никого не волновало. - он замолчал. - Так не пойдет. Иди ко мне. - мужчина сидел на каком-то покосившемся столе со ржавыми инструментами.
Я подошла ближе, и он взял меня за руки.
- Калечить себя не лучшее решение. - мои нервы не в порядке, пока он говорил я не заметила, как расцарапала себе руки, я впивалась ногтями в кожу, чтобы не заплакать вновь. - Пообещай мне не делать так. - он словно изучал мое лицо. - Я не в состоянии понять, что творится здесь. - он дотронулся пальце до грудной клетки. - Не найду для тебя слов поддержки, но я вижу, что ты сильная и ты со всем справишься.
Паук с детства был таким, хулиган, искатель приключений, богатой жизнь и власти, бандит, он не скрывает того, что делал, а Дима, у него такая же жизнь? Насколько они похожи? Я жалею Никиту, но только в том, что он остался один, лишился близкого человека, которого любил, это больно, но я не смогу понять его жизнь, он сам выбрал такой путь, сам подписал себе этот приговор. Кто ему мешал завязать, мешал найти честную работу? Кто заставлял идти на преступления? Конечно, легче украсть, чем заработать.
- Ты готова слушать дальше? - я кивнула.
- Я не много знаю, но одно точно, твой брат сделал не только это, на его счету, минимум три убийства. - не верить — глупо, я верю, но не могу принять эти слова. - У него было психическое расстройство, которое твои родители предпочли скрыть, а не лечить. Знаешь, я удивлен, что они оставляли тебя с ним. В то время любую странную смерть можно было списать на разбой, хотя два раза он попался, но деньги решили все. Дела закрывали, его отпускали, он всегда проходил, как свидетель. Первой жертвой стала девочка-соседка, тогда ему было одиннадцать, он задушил ее, случайно, как потом утверждал. Второй, Кира. Ну, а третьей…
- Откуда ты все знаешь?!