И я плакала, пока он прижимал меня к себе. Плакала и мысленно проклинала всю свою жизнь. Проклинала себя за слабость. Я всегда боялась смерти, но сейчас я хочу ее, хочу, чтобы все это закончилось, хочу больше не чувствовать боли. Всю свою жизнь я жила в иллюзии. Я подняла голову и наши взгляды столкнулись, его глаза казались темнее обычного, его лицо казалось злым, но даже так он был для меня идеален. Я не знаю сколько мне осталось жить, тогда почему я должна останавливать себя в том, чего мне так хочется. Я резко дернулась назад, но лишь для того, чтобы лучше рассмотреть его лицо. Он позволил мне делать то, что я хотела. Я обхватила его лицо ладонями, медленно проводя по щетине.
− Это кончится плохо. − он положил свою руку на мою. − Нам нужно вернутся. − он убрал мои руки от своего лица.
− Прости. − я почувствовала себя последней идиоткой, слишком размечталась, что могу что-то значить для него. − Да, ты прав, пора возвращаться. − он продолжал держать меня.
− Я умею контролировать себя и свои эмоции, но каждый раз, как ты оказываешься рядом это получается все хуже и хуже. − я окончательно запуталась в этом человеке. − Не забывай, что должна мне поцелуй, Аня. − он отпустил меня. − Мы еще вернемся к твоему долгу, но в другой обстановке.
Он не пошел со мной в дом, остался на улице говорить с охранником, я же залетела пулей, мне нужно хоть пару минут побыть одной.
Все было относительно не плохо, я просмотрела все имеющиеся запасы, составила какое-какое меню на несколько дней вперед, распределила продукты на дни, чтобы они не мешались, и чтобы ничего не перепутать в своем несобранном состоянии. Дима не появлялся, но прислал ко мне помощника, чтобы мы справились быстрее, так и получилось. Я решила не прятаться в комнате и есть вместе со всеми, многие сказали спасибо, похвалили меня за вкусный завтрак, было приятно, но были и те, от одного взгляда которых хотелось закрыться в комнате, они чем-то напоминали Владлена, такие же мрачные и также нагло рассматривают меня. К обеду в доме было относительно тепло, мужчины накололи дров и растопили печь, натаскали с колодца воды, чтобы можно было умыться, чтоб хоть как-то занять себя я решила убраться, хотелось хоть немного уюта, но мой порыв закончился очень быстро, когда на обеденный стол поставили пару ящиков с различным оружием.
− Распределить!
Дима не кушал вместе со всеми, он впервые с нашего разговора появился в доме, по взглядам людей Ника я понимаю, что они боятся его, боятся даже те, кто вызывает страх у меня. Его приказы выполняются быстро и без разговоров. Сейчас мужчина не похож на того, с кем я вела диалог, он намного серьезнее, собрание и похоже все его мысли уже направлены на дело, в отличии от моих, я все еще в том сарае, в сантиметре от его губ.
− Завтрак готов. − я стояла в стороне и решилась заговорить только после того, как его взгляд нашел меня.
− Отлично, спасибо, но я не голоден.
− Но голоден я. − все обернулись на голос, а мне и без того было прекрасно видно мужчину в форме и с жуткой усмешкой. − Ты. − он указал на Диму, я напряглась еще сильнее. − За мной, есть разговор. Остальные, почему здесь? Дел нет? − Аня, принеси мне что-нибудь. − мужчины удалились.
Еще минута и я остаюсь вообще одна, все разошлись. Я не смогу притворятся сильной рядом с Пауком, я боюсь его до дрожи в коленях. Пусть он не контролирует себя под алкоголем, но он и не контролирует себя без него. Ему потребуется снять стресс и снять его он сможет только на мне.
Паук
Он так спокоен, так и хочется пристрелить его. Я не могу доверять ему, но пока у меня нет выбора, если сам появлюсь на глаза людям Владлена или Совета, то быстро схлопочу пулю, в городе слишком много глаз и ушей, а этому ничего не будет, даже если поймают, выкрутится, слишком скользкий, раньше это было его преимуществом, но сейчас может сыграть против меня. Голова еще болит, я намешал слишком много алкоголя, но так было нужно, меня взяла дикая злость и если бы я не напился, то точно задушил кого-то, хотя я знаю кого, девчонку. Смотрит на меня, как на чудовище, будто сама святая. Сука.
− Я распорядился выставить охрану по периметру, смена каждые пять часов. Оружие распределено. Обязанности тоже. Ты поступил грамотно наняв для себя отдельных людей. Что дальше? − он стоял у окна.
− Если он вышел чистым значит все свалил на меня, Совет против любой самодеятельности, я понимал на какой риск иду, когда затевал свое дело. И изначально был готов к последствиям. Деньги портят любую дружбу. А большие подталкивают на предательство. Хотя я до последнего надеялся, что Владлен не решится.
− Я не священник и не психолог, чтобы ты изливал мне душу, ближе к делу. Мы в дерьме. Как ты собираешься выходить из этой ситуации? − он раздражен и не скрывает этого, интересно.
− Я собираюсь вернуть себе власть. Совет уже принял решение, но можно заставить его поменять, правда придется отдать все заработанное и пару лет походить под их контролем.
− Я думал они не прощают, просто убирают за ненадобностью.
