В этот момент у Володи звонит телефон и это отодвигает на время мою участь отвечать.
- Галя пришла в себя, - слышится из динамика взволнованный голос дяди Леши, и мы с Володей, не сговариваясь, спешим обратно к палатам.
…
Остаток дня проходит словно в каком-то дурмане, и к вечеру я уже вымотана так, как не выматывалась, наверное, еще никогда.
Тетя пришла в себя и первое, что сделала, это потребовала к своей постели меня.
Когда я подошла, чуть не лишаясь чувств от удручающего вида всех этих трубок и капельниц, что тянулись к ней, словно щупальца, она со слезами на глазах схватила меня за руки и умоляла больше никогда не поступать так, как поступила с ней я, не сбегать из дома. Потому что она несет ответственность за меня и не пережила бы, если бы со мной что-нибудь случилось.
Перед этим я получила крупный нагоняй по телефону от мамы, которая подтвердила тетины проблемы с сердцем, и теперь я старалась вести себя тише воды, ниже травы. Лишь бы она не волновалась и, чтобы, как напугал нас врач, не случилось нового рецидива.
Я находилась в таком состоянии, что пообещала бы тете даже луну с неба, особенно когда представила заплаканные лица близнецов, в случае, если бы их мамы вдруг не стало.
Я пообещала, что буду послушной и выйду замуж за Володю.
Он же, в свою очередь, согласился не доносить на Гордея и сообщил в травмпункте, что его избил неизвестный. Травмы оказались достаточно тяжелыми, сотрясение, сломанное ребро, и много чего еще. Володю оставили в больнице для наблюдения.
Я разрывалась между тетиной палатой и палатой Володи. Дошло до того, что одна из медсестер поймала меня в коридоре, усадила на кушетку, померила мне давление и, покачав головой, сделала успокоительный укол.
Домой я возвращалась глубоко вечером, где до самой ночи читала сказки близнецам. Мы с дядей Лешей сказали им, что мама легла на небольшое обследование и вернется к нам совсем скоро. А с утра, едва просыпалась, я сразу ехала в больницу и дежурила там весь день, позабыв об учебе и других своих делах.
Мне даже пришлось отклонить предложение Марты Сергеевны насчет поездки в Анталию, о которой я так мечтала, но теперь не могла себе позволить.
То и дело я проверяла телефон на предмет входящих, но кроме сестры и Леры, мне никто не звонил и не писал.
Он не звонил.
...
Несколько дней пролетают, будто в густом тягучем тумане, сотканном из волнения и суеты.
Володе разрешают выходить ненадолго, и едва он получает такую возможность, как тащит меня в Загс подавать заявление.
Тетя от этой новости заметно веселеет и тоже активнее идет на поправку.
Я чувствую, как стены клетки сжимаются с ужасающей скоростью, но ничего, абсолютно ничего не могу с этим поделать.
…
- Ну, Арин, я надеюсь, ты окончательно поняла, что представляет собой эта семейка?
Лекции недавно закончились, и Лера подъехала в кафетерий, расположенный у самой больницы, чтобы передать мне конспекты, которые мне необходимо проштудировать за предстоящие выходные. Ведь я не посещала занятий уже целую вечность.
Мы сидим на открытой террасе за ближайшем к выходу столиком, пьем напитки и разговариваем.
Я заливаю в себя пятую чашку эспрессо, чтобы хоть как-то взбодриться и вынырнуть из постоянного недосыпа, подруга потягивает зеленый чай со льдом.
- Ты же понимаешь, Арин, как я не хотела посылать тебе то видео? – говорит Лера и умоляюще смотрит на меня. - Я все же не стукачка какая-нибудь. Думала, все само собой разрешится. Ну, например, Горский накосячит, и вы с ним расстанетесь без моего вмешательства. Но, раз не произошло… Считаю, что ты должна была знать, что именно он думает и говорит о тебе за твоей спиной. Разве я не права?
- Наверное, права, - произношу я, душе понимая, что предпочла бы этого не знать. – Как так получилось, что у тебя оказалось это видео?
Это не так важно теперь, но разговаривать о чем-то надо. Вот я и спрашиваю, чтобы заглушить мысли о том, что скоро нам с Володей предстоит идти расписываться, а потом... я даже думать об этом не хочу.
- Я…, - Лера облизывает губы, мнется.
- Я…на самом деле, Арин, я просто была в том клубе. Ну, где оттягивался его брат, Демьян, - произносит, и отчего-то прячет глаза.
- Да?
– Вначале он сидел один. Злой, как сто чертей, ни одной девке даже шанса не давал, что, знаешь, на него совсем непохоже. А потом пришел Гордей и они стали зависать там на пару.
При упоминании брата Гордея я вся содрогаюсь. И да, значит, я угадала. Адресатом того высказывания был все же Демьян.
- Ты будто следишь за этим Демьяном, - вырывается у меня неосознанно, и по выражению Лериного лица я понимаю, что попадаю если не в цель, то где-то очень близко.
- Слежу, не слежу, какая разница? – взвивается Лера.
- Он…нравится тебе? – рискую копнуть поглубже и тут же вспоминаю, как изменилась в его присутствии сестра.
Словно, несмотря на всю свою браваду и отпор, который она давала, этот парень оказывал на нее какое-то незримое, но вполне ощутимое гипнотическое влияние.
Наверное, и на Леру он произвел точно-такое странное, но сильное впечатление.
- Нравится? – тянет Лера, словно пробуя это слово на вкус.
