— Час назад был у меня Уваров, я опросил его, — сообщил Литвинов, — он действительно в момент убийства Демина шел по той тропинке к автобусной остановке, но никого не видел, пока шел. А Демина он не знает и никогда его не видел.
— Ну, этого и следовало ожидать, — затягиваясь дымом, проговорил Кудрин, — а быстрый его шаг говорит о том, что уж очень он спешил на пьянку со своим дружком, и не более того.
Докурив сигарету, Кудрин быстро пошел к автобусной остановке на встречу с Ерихиным.
Деревня Садовники, расположенная вдоль Каширского шоссе, в результате мощной застройки пятиэтажных зданий исчезала прямо на глазах, здесь осталось не более десяти домов. Магазин «Сельпо» выделялся среди деревянных домиков железной крышей и огромной вывеской. Подойдя к нему, Женя несколько раз обошел это небольшое деревянное сооружение и увидел приближающегося с остановки автобуса Ерихина. Через пару минут они подошли к маленькому деревянному домику с металлической входной дверью. У дома на лавочке сидел Данила-мастер и что-то вытачивал.
— Привет работникам ножа и топора, — с улыбкой проговорил Ерихин, — очередной ножичек делаешь?
— О! — воскликнул Данила. — Товарищ Ерихин собственной персоной пожаловал. С чем на этот раз, гости дорогие? Я ведь уже не работаю, нахожусь на заслуженной пенсии.
— Ну, раз заслужил ее, живи и наслаждайся, — ответил Ерихин.
Женя достал из своей папки нож и показал его Даниле.
— Кто мог сработать его? — спросил Ерихин.
Данила взял ножик в руки, долго вертел его из стороны в сторону, затем достал из кармана рубашки небольшую лупу и еще раз внимательно осмотрел.
— Не знаю, кто мог сработать такой нож без гарды с плоской металлической рукояткой, да еще с центром тяжести в середине, — проговорил Данила, — из известных мне мастеров такое безобразие вряд ли кто-нибудь мог сделать, хотя нож — из хорошей углеродной стали. Я отвечаю за свои слова, поверьте, товарищ Ерихин. Поищите у циркачей, может, там найдете то, что ищете. Такие ножи хорошо метать безоборотным способом в какую-то определенную цель, я до войны видел в цирке одного артиста, который метал ножи вокруг головы девушки, стоящей от него примерно в десяти метрах.
«Интересно, — подумал Женя, — я уже об этом совсем недавно слышал».
— Спасибо, Данила, отдыхай дальше и продолжай наслаждаться жизнью, — сказал Ерихин и вместе с Кудриным пошагал в сторону остановки автобуса.
— Данила, скорее всего, правду сказал, что таких ножей из его круга никто не делал, — проговорил Женя, — поеду я отсюда сразу в цирк, вдруг там сейчас есть номер с метанием ножей, и это поможет в расследовании преступления.
— Конечно, это правильно, я бы тоже так поступил, — ответил Ерихин.
«Цирк! Это же настоящая волшебная сказка», — думал Кудрин, смотря на его здание с разрисованными вокруг афишами. Женя вспомнил, как в детстве он с отцом в первый раз ходил в цирк и увидел настоящее волшебство; не отрывая глаз от арены, он смотрел на необыкновенное представление, забыв обо всем на свете. Вспомнился фокусник, творящий чудеса, силовые акробаты с жонглерами и, конечно же, клоун, смешивший зрителей все представление.
И вот снова через много лет он входил в этот чудный мир детства и волшебства. Предъявив на входе свое удостоверение личности, Женя вошел в здание, прошел по длинному коридору и остановился у двери с табличкой «Главный администратор Сидоров В. И.». Постучал и открыл дверь кабинета; в небольшой комнате за письменным столом сидел мужчина средних лет и что-то писал. Кудрин представился ему, коротко рассказал о цели своего визита и показал нож с места происшествия.
— Вы знаете, — сказал Сидоров, — сейчас лето, и практически все артисты на гастролях, но я точно могу сказать, что такого номера у нас нет.
— А может быть, есть в других цирках, или когда-то были такие номера, — допытывался Женя.
— Я ничего подобного не слышал, — ответил администратор цирка, — но у нас в технической службе работает старейший заслуженный артист Громов Иван Сергеевич, бывший знаменитый жонглер, который был очень популярен в довоенное время. После смерти его жены дирекция цирка предложила ему работу в наших мастерских, и он с удовольствием согласился, так как без цирка не видел смысла жизни. Мы его называем дядей Ваней, а он и не обижается на это. Может быть, он вам сможет чем-то помочь? Иван Сергеевич работает в технической части цирка, это в подвальном помещении с левой стороны от входа.
Поблагодарив администратора, Женя направился в техническую часть цирка.
Когда он вошел в большую комнату, заставленную разными станками, то увидел человека в черной спецовке. За слесарными тисками, согнувшись, что-то вытачивал широкоплечий седоволосый пожилой мужчина высокого роста. Его худое лицо было в морщинах, а нос покрыт веснушками, пробивающимися сквозь них. Кисти рук были испещрены шрамами, говорящими о трудной работе циркового жонглера.
