В памяти всплыли арканы Таро. Дьявол. Влюбленные. Арктур вполне мог оказаться тем или другим… или обоими разом, или вообще никем.
– Ты всегда видишь меня насквозь?
– Нет. Изредка мне передаются отголоски твоих переживаний. Они вдруг вспыхивают и тут же гаснут. Золотая пуповина – вечная загадка, – произнес Страж и добавил: – Как и ты сама.
– Уж кто бы говорил, Мистер Тайна-за-Семью-Печатями.
– Хм.
На волнах дрейфовали боевые корабли. Ледяной ветер продувал наше убежище насквозь. Болтовня отвлекала меня от главного.
– Накинь мое пальто, – предложил Страж.
– А как же ты? – возразила я, хотя у самой зуб на зуб не попадал от холода.
– Мы не мерзнем, а верхнюю одежду носим исключительно для конспирации.
Если он не врет, то какой смысл артачиться? Я с наслаждением завернулась в пальто, стараясь не вдыхать легкий аромат Арктура, исходивший от подкладки.
– Спасибо, – пробормотала я, кутаясь в плотную ткань. – Говорят, зимы в Шотландии лютые, но не до такой же степени.
– Температура снизилась с появлением новых ледников. Брешь между нашими мирами растет.
Снова воцарилось молчание, неотвратимое, как прибой. Внезапно спину и плечи свело судорогой.
– Ну вот и все. – Я облизала потрескавшиеся губы. – Сколько длилось наше противоборство с Якорем? Месяца три?
– Оно еще не окончено, – возразил Страж.
Волосы трепал ветер, заиндевевшие пряди хлестали по щекам. Я повыше подняла воротник и в упор посмотрела на рефаита:
– Я позвала тебя сюда не случайно. Во-первых, хотела извиниться.
В полумраке лицо его оставалось непроницаемым.
– Извиниться за что?
Я набрала в грудь побольше воздуха:
– Сарины недвусмысленно дали понять, что, если не оправдаю их ожиданий, они лишат Касту мимов покровительства. Я из кожи вон лезла, пытаясь стать достойным лидером, но потерпела крах.
Я водила пальцем по застарелым рубцам на ладони, не в силах смотреть, как затухает огонь в глазах Арктура.
– Ты поверил в меня. С первого дня увидел во мне человека, способного возглавить бунт и вывести ясновидцев из колонии. Постепенно твоя убежденность передалась и мне. Но я вас подвела. Подвела всех, и тебя в том числе. Когда мы вернемся, то… – Голос у меня сорвался, в горле встал ком, однако мне удалось закончить фразу: – …я собираюсь отречься от престола. А тебя прошу выбрать преемника.
Страж не ответил.
– Я не брошу вас на произвол судьбы, – продолжила я, воинственно вздернув подбородок. – Не покину Касту мимов, просто… мое место должен занять более подходящий кандидат. Человек, способный заручиться поддержкой ясновидцев и вырвать победу у Сайена. Тогда Адара сменит гнев на милость. Самый оптимальный вариант – Мария. Она отчаянная, умеет воевать, пользуется уважением Потустороннего совета. Если ее кандидатура тебя не устраивает…
– Пейдж!
– …То присмотрись к Элизе. Она прекрасно ориентируется в Лондоне, и хватка у нее стальная; главное, дать ей развернуться. Можно попросить Светляка, если он не против. И не забывай про Ника. Пять лет протянуть в Стокгольме при режиме Тьядер – это дорогого стоит. Он тебя не подведет. Как и любой из них.
Страж не шелохнулся. Я искоса глянула на него в надежде угадать ответ за непроницаемой маской.
– Пейдж Махоуни вдруг стала «желтой туникой». Никогда бы не подумал. Кто угодно, только не ты.
Я даже не обиделась, настолько была опустошена.
– Все верно. – От холода у меня не ворочался язык. – Лишь трус оставил бы их в аду…
– Кого?
– Семью. Тебе известно об Ирландии, Страж? Ты знаешь, что Якорь сотворил с Типперэри?
Выражение его лица не изменилось.
– А разве прежде это не было тебе известно?
– Нет, – горько усмехнулась я. – Да и какая теперь разница. Моя задача – спасти Касту мимов, а добиться этого можно лишь ценой отречения от престола.
Глаза рефаита вспыхнули огнем.
– Совсем себя не ценишь? – тихо проговорил он. – Ну какая же ты дурочка!
– Спасибо на добром слове, – хмыкнула я.
– Дурочка и есть, – повторил Арктур. – Ты вкусила тот же яд, каким Вэнс потчует все население Сайена.
Страж отодвинул спиртовку и присел подле меня на корточки. Я жадно всматривалась в него, впитывая каждую мелочь.
– На сеансе я намеренно не воспользовался твоими воспоминаниями о СайенМОПе. Теперь самое время освежить их.
– Зачем?
– Пора тебе вспомнить.
От его близости золотая пуповина натянулась скрипичной струной. Страж уподобился смычку, а я – музыке.
– Расскажи сам.
– Мне неведомо твое прошлое.
Наши ауры переплелись, как и пальцы. Ворота моего лабиринта распахнулись перед его фантомом.
Меня ослепил яркий свет, во рту возник тошнотворный привкус меди. Земля ушла из-под ног. Горечь обожгла нёбо, а в следующий миг плотину прорвало: меня швыряло по волнам пространства и времени, тело разлетелось на тысячи осколков, деформировалось и опять восстало из пепла. Так повторялось снова и снова…
Как вдруг…
Кайли Ни Дорнан распростерлась на мостовой Дублина, рыжие волосы полыхают на солнце. Мой кузен Финн с истошным воплем исчезает из виду. Сквозь черную рубашку его невесты сочится кровь из раны, нанесенной неизвестным стрелком.
