— Заткнись! — приказал Денис, на что Лаврентий не обратил ни малейшего внимания. — Не замолчишь — сломаю палец, — предупредил старший помощник, чему Бешеный опять-таки не внял. И зря. Упорство вещь хорошая, главное, чтобы оно не перерастало в тупое упрямство. Новый вопль потряс кабинет — хорошо еще, что звукоизоляция была на уровне и за пределы помещения никакие звуки не вырывались. — Буду ломать, пока не заткнешься, — официально уведомил Бешенного Денис, но никакого взаимопонимания не достиг — тот продолжал орать… как бешенный. Ну что ж — ломать, не строить. И молчания все же удалось добиться, но лишь спустя два пальца.
В процессе достижения консенсуса с Бешенным, Денис краем глаза замети, что одна из «торпед» медленно тянет ручонки к бесхозному пистолету.
— Кто дотронется до ствола — убью, — хладнокровно пообещал старший помощник и на этот раз был услышан — ручонки торопливо отдернулись, а все присутствующие стали изображать из себя экспонаты музея восковых фигур мадам Тюссо.
«Где этот хрен ползает? — раздраженно подумал Денис о любимом руководителе. — Надо дожимать этого хорька — Луарсаба, а его где-то черти носят!» — и оказался неправ! Шэф появился не рано, Шэф появился не поздно, Шэф появился строго в нужное время. Дверь кабинета распахнулась и на пороге возник командор в облике … Черт его знает, как сказать: старик — сразу нет, пожилой… — тоже нет, короче говоря — в том виде, в каком Денис увидел Шэфа в первый раз, когда хотел самоубиться.
— Дэн, тебя на секунду нельзя оставить, — мягко попенял старшему помощнику верховный главнокомандующий. — Чем тебе все эти люди не угодили? И вообще — что здесь происходит? Нас же приглашали на дегустацию коньяка. А тут не пойми что творится, — главком обвел помещение недоуменным взглядом.
— На дегустацию! — взвился Денис, бросив красноречивый взгляд на Полину, от которого она задрожала, как березка на ветру. — Хороша дегустация! — он саркастически хохотнул. — Этот козел, — старший помощник кивнул на оцепеневшего Луарсаба Мзевинариевича, — хотел изъять карту. Своих шестерок натравил. А этот гондон, — кивок в сторону окровавленного и сникшего Бешенного, — стрелять в меня надумал! Вот такая вот, блядь, дегустация!
Тень набежала на лицо Шэфа и смыла с него всяческое благодушие, даже намека не осталось.
— Шеф! Шеф! — подал голос Луарсаб. — Я все объясню! Я все…
— Заткнись, — приказал Денис и управляющий «Черепахой», видевший чем заканчивается игнорирование указаний этого страшного человека, немедленно прикусил язык.
— Конечно объяснишь, — нахмурил брови командор. — Только не на публике. Посторонних попрошу покинуть помещение.
Три, уже пришедшие в себя «торпеды», слегка бледный, но вполне дееспособный Крысобой, очень плохо выглядевший Бешенный и нисколько не пострадавшая Полина нерешительно уставились на Луарсаба Мзевинариевича, своего непосредственного руководителя. Им всем, включая Луарсаба, было страшно. Они испытывали ужас, перед страшным существом в образе человека, которое, двигаясь с невероятной скоростью, играючи вывело из строя пятерых охранников, а вдобавок еще умудрилось уклониться от пули, исчезнув в одном месте и появившись в другом.
Кстати говоря, после этого кунштюка все они пришли к ошибочному мнению, что существо это умеет телепортироваться. Вот так, из неумения делать правильные выводы из наблюдаемых фактов, и рождаются байки на РЕН ТВ. Впрочем, Бог им всем судья — охранники, Луарсаб и Полина заблуждались искренне, не превращая заблуждение в источник дохода. Монстра боялись все семеро (даже Бешенный, а уж на что отморозок) и боялись очень сильно, потому что угроза была смертельной — у всей семерки никаких сомнений на этот счет не было.
Трепетом перед Денисом страхи всех присутствующих, за исключением Шэфа, разумеется, не исчерпывались, но происхождение страхов было разным. У персонала «Черепахи» был страх перед Луарсабом Мзевинариевичем — источником материальных благ. Они стали свидетелями унижения патрона, потери им лица, а это самое страшное должностное преступление, которое только можно себе вообразить.
Однако, этот страх был сильно дифференцирован. Он был гораздо слабее, и даже практически незаметен, у «торпед», которых уволить управляющий «Черепахой» не мог — они подчинялись непосредственно Вахтангу, а тот чихать хотел на неудовольствие Луарсаба, и они об этом прекрасно знали. А вот Крысобой, Бешенный, а в особенности Полина, зависели от Луарсаба Мзевинариевича целиком и полностью. Таких денег, какие платил им Луарсаб, они бы нигде больше не получили. Хотя… Полина, наверное, сумела бы извернуться, но кто хочет покидать уютную гавань и выходить в бушующее море?
