«А ты думал!» — откликнулся Денис, мгновенно меняя «Черный коготь» на дырокол. Имея Торбу Архата это было так же просто сделать, как в какой-нибудь компьютерной стрелялке: потер колечко — уронил клинок — извлек метательное оружие — вуаля!
Так что, ответ старшего помощника не заставил себя ждать — в противоположную сторону полетел дырокольный болт. Что-то вроде ответного алаверды — от нашего стола, вашему столу! Одиночным выстрелом Денис не ограничился и пульнул еще по каждому из трех «пластинчатых» воинов, целясь в незащищенные шеи. Понимая с кем связался, особых успехов от своих действий старший помощник не ждал и в очередной раз предчувствия его не обманули — не долетев сантиметров десяти до каждого из оппонентов, дырокольные болты завязли в сгустившемся воздухе и бессильно опали на землю.
Однако, считать ответную атаку Дениса бессмысленной было никак нельзя — она выявила наличие у противника развитой системы противовоздушной обороны, выглядевшей как окружавшие людей светло-голубые коконы, ярко вспыхнувшие в момент контакта с острозаточенными посланцами старшего помощника. То ли у рядовых членов отряда — имеется в виду не обладающих магическим даром, не было высокоранговых каменных щитов, то ли это был их сознательный выбор, неизвестно, но, этот факт старший помощник отметил — мало ли пригодится в будущем. Если до него доживешь, конечно же.
Не дожидаясь повторного выстрела кинолога, который с завидной скоростью успел перезарядить свой миниарбалет, старший помощник скинул «Черный коготь» и серп в Торбу Архата, врубил невидимость и прыгнул по направлению к стрелку, но, не прямо, а немного в сторону, чтобы уйти с траектории стрельбы.
Кстати говоря, арбалет, используемый собаководом, было совершенно аналогичен тому, что добыл старший помощник в «гостях» у резидента нейтенской разведки в Экте Аюша Арнава, что наводило на мысль о том, что оружие обеим командам было выдано одним и тем же начальником караула, ну, или же — дежурным по роте. В крайнем случае — получено на одном складе.
Как показал дальнейший ход событий, собаковод оказался тертым калачом — он нисколько не растерялся от внезапного исчезновения противника, не впал в панику, не испугался, а начал действовать логично, профессионально и расчетливо — выстрелил из миниарбалет в то место, где последний раз видел врага — шансов немного, но, мало ли тот задержался на месте, так что хуже не будет — как говорилось в старой рекламе то ли презервативов, то ли какой иной хрени, связанной с сексом: «а что? а вдруг!?», после чего уронил арбалет на землю и выхватил два меча, коими стал вращать с демонической скоростью, исполняя что-то вроде веерной защиты дона Руматы — против невидимого врага самое то.
А в это время стали понемногу оживать и приходить в себя трое одоспешенных бойцов. Мысленно извинившись перед кинологом, что не сможет уделить ему в ближайшие несколько секунд столько внимания, сколько тот заслуживает и не дожидаясь, пока перед ним предстанут четверо боеспособных врагов, Денис сменил вектор атаки, мгновенно переместился и полоснул серпом, появившимся у него в руке столь же неожиданно для всех остальных участников действа, как январский снег для коммунальщиков, всех обладателей пластинчатых лат по незащищенному горлу.
«Пижоны! — проворчал внутренний голос. — Броня, шлемы, а шея открыта! В чем смысл!?»
«Фиг знает…» — мысленно пожал плечами старший помощник, пряча серп и прикидывая, как подступиться к неистовому собаководу, изображавшему из себя двухвинтовой вертолет «В-12». Трезво оценивая мастерство кинолога, Денис был вынужден признать, что тот, грубо говоря, не уступает ему в искусстве фехтования, а если называть вещи своими именами, то — превосходит.
«Крутых ребятишек за нами послали! — не без гордости отметил внутренний голос. — Уважают, суки!»
«Да уж… — был вынужден согласиться Денис. — Лучше бы не уважали…»
Никакого желания устраивать фехтовальный поединок в лучших традициях приключенческого кино, или какого-нибудь фэнтези, у него не было. Хотелось, как можно проще и быстрее уконтропупить шустрого кинолога — тут война, а не съемки очередного блокбастера и не рыцарский турнир. Тем временем стали понятны коварные замыслы хитроумного, словно Одиссей, собаковода — прикрываясь размытой в воздухе стальной стеной, он медленно, но верно, шаг за шагом, отступал к лошадям, настороженно застывшим неподалеку. Верные боевые кони не догадывались, что ждать им больше некого и не разбежались, как это непременно сделали бы разные гражданские кобылки и жеребцы.
«Стреляй, Глеб Егорыч! Уйдет гад!» — азартно возопил внутренний голос.
«Не уйдет…» — невозмутимо возразил старший помощник.
