Вырвавшись из теснин «Трезубца Речного Властелина» на просторы Золотого Города, Денис сдвинул точку сборки в положение «денди лондонский» и бросая на окружающих взгляды сколь пренебрежительные, столь и высокомерные, отправился на прогулку. Поступить иначе старший помощник не мог по той простой причине, что в течении весьма короткого промежутка времени он убедился в том, что из десяти встреченных им благородных, отягощенных статусным холодным оружием, лишь каждый десятый был вооружен, как он — боевым клинком, остальные же девять обходились «кортиками».
В связи с этим, если не смотреть на окружающую тусовку, как солдат на вошь, то она будет смотреть на тебя, как завсегдатаи ЦУМа на колхозника, перепутавшего его с метро и случайно туда угодившего, а так мало ли что — может это новая мода такая, или заслуженный киллер идет по служебной надобности, или еще что. Поэтому презрительных взглядов на себе Денис не ловил, а вот заинтересованные, и не только со стороны прекрасной половины человечества, были.
Желая ликвидировать прореху в своем арсенале, выражавшуюся в отсутствии «кортика», или какого иного парадного оружия, старший помощник посетил несколько оружейных лавок и пришел к выводу, что местные посходили с ума и решили за счет понаехавших на Турнир решить свои материальные проблем на много лет вперед и обеспечить безбедную жизнь не только себе и детям, но, даже и внукам. Цены зашкаливали.
Осудив человеческую жадности (про себя и никак не демонстрируя своего отношения к ней, ни вербально, ни невербально), Денис с шопингом завязал, вернулся в отель и занялся изучением Атласа Декхарта. Когда человек занят интересным делом, время летит незаметно и старший помощник чуть было не пропустил момент, когда нужно было спуститься в ресторан, если он конечно же собирался спать этой ночью с грелкой и амортизатором. Но, чуть не считается и он застал там Джолу, занятую вместе с другими девушками сервировкой ночного «шведского стола».
Прекрасная официанточка с радостной улыбкой подскочила к Денису и сообщила, что вот-вот освободится. Юный романтик, у которого только-только заколосились жиденькие усики и вскочили обильные прыщи, может терзаться от непонимания — как к нему относится предмет его обожания, который то бросит ласковый взгляд, то проигнорирует, как пустое место, то обольет ледяным презрением, то кокетничает с соперниками, ввергая любящее сердце в пучину отчаянья, а вот опытный мужчина, проливший за свою жизнь в межполовых битвах ни одну цистерну спермы, всегда может точно сказать сам ли он нравится девушке, или же ей нравятся его кошелек, положение в обществе, политическое влияние, или же еще какая иная привходящая грань его личности, не полученная естественным путем при рождении.
Это совсем не означает, что юная красавица не может полюбить немолодого миллионера не за его деньги, а за те качества с помощью которых он им стал, так что, теоретически, старший помощник допускал, что может привлекать девушку и тем, что заплатил семь килограммов золота за номер в гостинице и тем, что как-то эти деньги сумел раздобыть. Но, как опытный мужчина, он тверда знал, а точнее — чувствовал, что нравится девушке безотносительно своих выдающихся финансовых достижений. И, честно говоря, это льстило его мужскому самолюбию. Пустячок-с, а приятно!
Денис устроился за свободным столиком неподалеку и принялся ждать, когда Джола покончит со своими должностными обязанностями и можно будет направится в «нумера». Есть пока не хотелось, но, чтобы не терять время даром, он прихватил со «шведского стола» кувшинчик с каким-то терпким вином, похожим вкусом и ароматом на «Алазанскую долину», нарезку сыра и принялся неторопливо смаковать то и другое. Минут через пять освободившая девушка подсела к нему за столик.
— Будешь? — старший помощник показал глазами на кувшинчик.
— Нет, — покачала головой прекрасная официантка, — нам в зале кушать и пить запрещено.
— Возьмем с собой, — предложил Денис.
— Возьмем, но не это, — улыбнулась Джола. — Я другое люблю.
Она вернулась к «шведскому столу», взяла большое блюдо и стала набирать туда разнообразные вкусности, щедро представленные на столе. Хозяин отеля очень дальновидно поступал, не давая гостям, заплатившим бешенные деньги, ни малейшего повода для недовольства — ссориться с далеко не последними благородными и Искусниками — себе дороже, поэтому представленный ассортимент и объем деликатесов мог бы послужить визуализацией основного принципа так и непостроенного в СССР коммунизма — от каждого по способностям, каждому по потребностям. Заполнив блюдо «по потребностям», девушка захватила в придачу бутылку какого-то темного, практически черного, вина и сияя довольной улыбкой направилась к Денису, улыбавшемуся не менее радостно.
