1
– Вы уверены насчёт того вечера, когда исчез ваш друг? – спрашивает Холли. Джером купил мальчикам молочные коктейли, и они прихлёбывают их, растянувшись на траве в зоне для пикников.
– Почти уверен, – говорит Томми Эдисон, рыжий, – потому что его мама позвонила моей, узнать, остался ли он на ночь, а на следующий день его не было в школе.
– Неа, – говорит Ричи Гленман, местный клоун с отвратительной привычкой засовывать картофель фри себе в нос. Холли записала в телефон их имена. – Это было позже. Через неделю или две. Я так думаю.
– Я слышал, он сбежал к своему дяде во Флориду, – говорит мальчик с «площадкой» на голове. Это Энди Викерс. – Его мать… – Он подносит невидимую бутылку ко рту и издаёт звук глотания. – Как-то раз её арестовали за вождение в нетрезвом виде.
Мальчик с угревой сыпью качает головой. Это Ронни Свидровски. Он выглядит серьёзным.
– Он не сбегал и не уезжал во Флориду. Его забрали. – Он понижает голос. – Я слышал, это был Слендермен.
Остальные хохочут. Ричи Гленман хлопает Ронни по плечу.
– Слендермена не существует, дебил. Это городская легенда, как Ведьма из парка.
– Ай! Из-за тебя я пролил коктейль.
Обращаясь к Томми Эдисону, который кажется самым сообразительным, Холли говорит:
– Ты действительно думаешь, что твой друг исчез в ту же ночь, когда ты виделся с ним в последний раз?
– Не уверен, это было больше двух лет назад, но я так считаю. Я же сказал, на следующий день его не было в школе.
– Прогулял, – говорит Ронни Свидровски. – Вонючка постоянно так делал. Потому что его мать…
– Неа, это было позже, – настаивает Ричи Гленман. – Я знаю, потому что после этого мы с ним играли в «орёл или решка». На игровой площадке.
Они мусолят эту тему снова и снова, и Свидровски начинает приводить аргументированные и логичные доводы в пользу существования Слендермена, который, говорят, давным-давно забрал какого-то преподавателя колледжа, но Холли услышала достаточно. Пропажа Питера «Вонючки» Стейнмана (если он вообще исчезал) почти наверняка не имеет никакого отношения к исчезновению Бонни Даль, но она намерена выяснить чуть больше, хотя бы потому, что «Дэйри Уип» и автомастерская находятся всего в полумиле друг от друга. Магазин «Джет Март», где Бонни видели в последний раз, тоже довольно близко.
Джером бросает взгляд на Холли, и она кивает ему. Пора уходить.
– Хорошего вам дня, парни, – говорит она.
– Вам тоже, – отвечает Томми Эдисон.
Клоун тычет в них пальцем, измазанным в кетчупе, и объявляет:
– Вероника Марс и Джон Шафт![21]
Все гогочут, как кони.
На полдороге через парковку Холли останавливается и возвращается назад.
– Томми, в ту ночь, когда вы с Ричи видели Пита, у него был скейтборд, верно?
– Точняк, – отвечает Томми.
Ричи говорит:
– И неделю спустя, когда мы играли в «орёл или решка», скейт тоже был с ним. Отстойный «Аламеда» с гнутым колесом.
– А что? – спрашивает Томми.
– Просто любопытно, – отвечает Холли.
И это правда. Ей всё любопытно. Так уж она устроена.
2
Пока они поднимаются по холму обратно к своим машинам, Холли достаёт серьгу из кармана и показывает её Джерому.
– Ого! Это её?
– Почти уверена.
– Почему её не нашли копы?
– Не думаю, что они искали, – говорит Холли.
– Что ж, ты выиграла медаль Шерлока Холмса за выдающиеся детективные навыки.
– Спасибо, Джером.
– Кому из них ты больше веришь насчёт Вонючки Стейнмана? Рыжему или хохмачу?
Холли бросает на него неодобрительный взгляд.
– Почему бы нам не называть его Питером? Вонючка – неприятное прозвище.
Джером не знает всей истории Холли (его сестра Барбара знает больше), но он понимает, что ненароком задел больное место.
– Питер. Понял, понял. Пит сейчас, Пит навсегда. Так был ли это последний вечер, когда они видели его, или неделю спустя они кидали монетки с Мистером Картошка-фри-в-носу в парке?
– Если подумать, я склоняюсь к мысли, что Томми прав, а Ричи перепутал. В конце концов, прошло два с половиной года. В таком возрасте это долгий срок.
Они добираются до автомастерской. Джером говорит:
– Позволь мне немного поработать над делом Стейнмана. Можно?
– А как же твоя книга?
– Я же сказал, что жду информацию. Редактор настаивает. Мы описываем Чикаго примерно девяностолетней давности, а это значит mucho[22] исследований.
– Ты уверен, что это не прокрастинация?[23]
У Джерома чудесная улыбка – mucho обаятельная, – и он сверкает ею.
– Думаю, отчасти, но искать потерявшихся детей интереснее, чем потерявшихся собак. – Что является обычной работой Джерома на полставки в «Найдём и сохраним». – Ты же не думаешь, что Даль и Стейнман родственники?
– Разный возраст, разный пол, пропали с разницей более двух лет, так что, вероятно, нет. Но что я всегда говорю о «вероятно», Джером?
– Это слово для ленивых.
– Да. Это… – Холли вздыхает, приложив руку к груди.
– Что?
– На нас не было масок! Я даже не подумала об этом! На них тоже не было!
– Но ты же привита, да? Дважды. Как и я.
– Думаешь, они тоже?
– Вероятно, нет, – говорит Джером. Он осознаёт, что сказал, и смеётся. – Извини. Старые привычки умирают долго.
