Он кивнул Ньорору. Ньорор шагнул вперед и взял Детина за плечо. Двое варангов сели в повозку, один взял вожжи, Ньорор повел Детина к повозке. Детин посмотрел на Дике, но она лишь развела руками, выражая лицом бесконечное сожаление.
— Постойте! — сказал неподалеку хрипловатый тенорок. — Я привел видока. Эй, ты там, на помосте! Я видока привел!
— Кто-то привел нового видока, — сказал Малан, хмурясь.
Тиун тоже нахмурился, но дал стражникам знак, и они расступились. К столу подошел Хелье, ведя Минерву за локоть. Толстая Дике уперлась взглядом в Хелье. Он ждал этого взгляда, почувствовал его, побледнел, но, повернувшись, неожиданно ей подмигнул. Дике от неожиданности попятилась.
— Кто ты такой? — спросил тиун.
— Это не важно. Не я видок, а она.
— Кто такая, как зовут? — Пакля повернулся к ведомой.
— Минерва с Черешенного Бугра.
— Чем занимаешься, Минерва? Дрова колешь?
Вокруг прокатился смешок.
— Я уличная хорла, — почти с гордостью произнесла Минерва, задрав подбородок.
Захихикали. Малан передал слова ее толпе, и толпа захохотала.
— Что же ты хочешь сообщить новгородскому суду? — осведомился Пакля.
— Я видела, кто убил Рибальда.
— Рагнвальда?
— Какая разница! Видела, и все тут, и больше ничего.
— Каким же образом? Ты была там?
— Да, была.
— На Улице Толстых Прях?
— Да.
— Что ты там делала?
Минерва нахмурилась недоверчиво.
— А сам ты как думаешь, что я там делала? Небось не пряжу пряла. Стояла себе, ждала, когда кто-нибудь подойдет. У стены. Толстых Прях — это мое самое доходное место. Все женатые, которые постарше, подходят.
Вокруг засмеялись.
— И что же ты видела? — спросил Пакля.
— Я ж сказала только что. Видела как убили. Рибальда.
— Рагнвальда.
— Да.
— И видела, кто убил.
— Да, видела.
— Вот этот? — тиун указал на Детина.
— Нет. Этот крупный, толстый и старый. — Вокруг засмеялись. — А тот был помоложе, маленький такой, худой. — На лицах изобразилось недоверие. — И не на Толстых Прях, а не доходя, за углом.
— Это неверно, — сказал тиун. — Именно на Улице Толстых Прях.
— Тебя там не было, — нагло заявила Минерва. — А я там была. За углом это было. А на Толстых Прях он потом сам дотащился. Этого я уже не видела. Видела, как ударили его ножом, в спину. А потом, который ударил, убежал, а Рибальд его мечом, но не достал. Рибальд на землю бух, а тот у него мешок с плеча снял. Рибальд опять свердом хлоп, а тот схватился за руку, но мешок не выпустил, и бежать. А вон он! — Минерва показала рукой.
Вокруг завертели головами. Но тот, на кого показала Минерва, смешался с толпой, и даже цепкий взгляд Хелье не сумел ухватить черты лица — Хелье заметил лишь движение.
— Не засчитывается, — сказал тиун и покачал головой.
— Что не засчитывается? — возмутился Хелье.
— Слова уличной хорлы не стоят ровно ничего.
— Ах ты пень горбатый! — крикнула Минерва. — Ах ты сволочь дряхлая! Да я тебя…
Хелье сжал ей локоть.
— Ты несомненно врешь. Это очевидно. Ньорор, забирай уличенного, вина его доказана, — сказал тиун.
Хелье не ожидал такого поворота дел. Сколько потрачено времени, сколько приготовлений — и вот, пожалуйста, «забирай уличенного». Все приложенные усилия купили купцу Детину десять минут надежды. Хелье хотел было протестовать, встретился взглядом с Дике, сжал зубы — и в этот момент на вороном коне в окружении пяти ратников, один из них — полководец Ляшко, к помосту через расступающуюся в страхе, чтобы не задавили, толпу, рысью подъехал Ярослав.
— Сам князь к нам пожаловал, — объявил Малан-младший, и в голосе его чувствовалась растерянность.
Толпа ахнула.
— Добрый день, новгородцы, — приветствовал князь собравшихся. Спешившись, он приблизился к столу тиуна.
— Этот человек ни в чем не виноват, — сказал князь, указывая на Детина. Голос его был хорошо слышен вокруг — в отличие от тиуна и видоков, князь не нуждался в услугах Малана в данном случае. — И я его отпускаю.
— Князь, мы здесь давно, и все уже решили, — запротестовал Пакля.
— А скажи мне, Пакля, кто назначил тебя тиуном?
— Ты, — смущенно сказал Пакля.
— Правильно. Я. Так если я назначил, я могу и лишить тебя этой должности. Но я не лишу тебя этой должности. Я просто отстраняю тебя от разбирательства данного дела. А обязанности тиуна по этому делу принимаю на себя. Могу я так поступить — в соответствии с новгородскими законами? Отвечай!
— Можешь.
— Правильно. Могу. И поступаю. Слушайте, новгородцы. Сейчас я говорю не как князь, но как тиун…
— Ярислиф, — подал голос Ньорор.
Ярослав жестом остановил его и даже не оглянулся.
— Этого человека оговорили, — сказал он. — Сделали это намеренно, со злым умыслом. Я не знаю, кто убил Рагнвальда, но сделал это не строитель Детин. Я не знаю, почему все это время многие ищут любовницу Детина, но делают они это также со злым умыслом.
Хелье тронул князя за рукав. Князь обернулся. Хелье протянул ему свиток. Ярослав развернул свиток и быстро его пробежал. Несколько мгновений он колебался, а затем принял решение и вернул свиток Хелье.
— Не к спеху, — сказал он.
— Князь!
