На следующий день Нилз Акерман пришел на работу поздно, объяснив коллегам, что он был у врача по поводу своей аллергии. Они изобразили озабоченность, некоторые сочувственно покивали, но от дальнейших расспросов все воздержались. Неужели и впрямь поверили, что его нездоровый вид, дрожь в руках, испарина на лице – все это вызвано аллергией на растения – и это в центральном-то Лондоне, в октябре месяце? Не было у него никакой аллергии. Он вот уже несколько лет страдал наркозависимостью. Началось это десять лет назад, во время годичного отпуска, что он проводил в Америке. Тогда, занимаясь серфингом, он повредил спину, и доктор прописал ему наркотический анальгетик «викодин». Это стало началом его долгого сползания в ту яму, в которой он теперь находился.
Нилз прямиком прошел в свой кабинет, заперся и снял крышку с серебристого дозатора мыла. Он вытащил три таблетки и опустился в одно из мягких кресел у журнального столика. Раздавил таблетки и с тыльной стороны ладони втянул носом две большие горки белого порошка. После откинулся в кресле и вытер нос. Слизистая была сильно воспалена. Нилз встал с кресла. Его пошатывало. Он скомкал листок и швырнул его в урну. Убирая пузырек обратно в дозатор мыла, он увидел, что таблеток почти не осталось. Он схватил со стола телефон и позвонил парню, который уже несколько лет снабжал его наркотиками.
– Это Нилз. Я попозже подъеду? – спросил он.
– Чтобы расплатиться? – уточнил Джек.
– Не сегодня, – помедлив, отвечал Нилз. – Мне нужно еще. Деньги отдам в конце следующей недели, как договаривались…
– Ситуация изменилась. Деньги мне нужны сегодня. – В молодом голосе сквозила надменность.
– Джек, у нас с тобой уговор: я плачу понедельно.
– Мой босс в кредит больше не дает и собирает долги. После того как двое клиентов прекратили платежи. Точнее, откинулись от передозировки. С мертвых нариков долги не выбьешь, так что давай плати.
– Я тебе не нарик, – проскрежетал Нилз.
Джек хохотнул – издал глухой издевательский смешок.
– Ты должен мне две штуки.
– Я отдам, – сказал Нилз.
– Куда ж ты денешься…
– Джек!
– Нет, Нилз, послушай меня. Ты – конченый наркуша, а дела принимают серьезный оборот, так что деньги мне нужны к концу дня.
– Но…
– Нилз, я знаю, что ты хорошо зарабатываешь. Для тебя это не должно быть проблемой. Верно?
Джек повесил трубку, а Нилз, дрожа, смотрел на телефон. Он ощутил, как нос заливает тепло, и схватил из диспенсера одну из голубых салфеток, вовремя успев промокнуть кровь, заструившуюся из ноздрей. Он запрокинул голову, пытаясь остановить кровотечение, но через несколько минут был вынужден засунуть в нос бумажные жгуты.
Нилз взял пропуск, покинул кабинет и через подземную парковку вышел на холод. В лучах бледного солнца искрились спокойные воды Темзы. В считаные минуты он добрался до автовокзала Воксхолл, где было много народу, и встал в хвост очереди, выстроившейся к банкомату. Когда подошла его очередь, он попытался снять 500 фунтов. На экране появилась надпись, что на карте недостаточно средств. Он попробовал снять деньги с двух других кредиток, и оба раза ему было отказано. Услышав нетерпеливые вздохи и возгласы, Нилз обернулся и увидел, что за ним стоят двое строителей в грязных робах.
– Долго еще, приятель? – сердито спросил один, от холода убрав руки глубоко в карманы.
– Простите, еще минутку, – ответил Нилз. Строитель закатил вверх глаза. Нилз вставил банковскую карту, набрал пин-код и запросил 500 фунтов. Банкомат, казалось, надолго задумался. Вдоль стены свистел холодный ветер, мимо торопливо шли люди. Банкомат пикнул, и на экране вновь высветилось, что на счете недостаточно денежных средств.
– Что? – вскричал Нилз. Он проверил баланс. Со счета была списана 1000 фунтов, а также платеж по погашению ипотеки и минимальные платежи за обслуживание кредитных карт. Как мог он забыть про то, что наступил срок погашения ссуды? Трясущимися руками Нилз забрал карту и поплелся на работу, не замечая обращенных на него взглядов: прямо на белую рубашку у него из носа капала кровь.
По возвращении в кабинет Нилз сменил рубашку, умылся холодной водой и забил нос новыми жгутами. Порылся в бумажнике: пусто. Прикинул в уме, сколько еще ждать до зарплаты. Впрочем, сообразил Нилз, солидная часть его жалованья уйдет на погашение кредитов. В кабинет постучали. Все еще прижимая к носу салфетку, он открыл дверь. В коридоре стояла Ребекка.
– Добрый день, сэр, – поздоровалась она и нахмурилась. – По-прежнему проблемы?
– Да, – выдавил он улыбку, промокая нос.
– Результаты по окуриванию суперклеем орудия убийства готовы. Экспертиза ничего не выявила. Отпечатков нет.
Оперативный отдел приуныл, когда Эрика сообщила, что Нилз не сумел снять отпечатки с осколка бетонной плиты.
– Шансов было мало, но я думала, им удастся выцедить что-нибудь, пусть и из столь ничтожного количества материала. Думала, остались следы… – Ее голос постепенно затих.
– А что с остатками крови на бетоне? – спросила Мосс.
