Земля под ее ногами сотрясалась, когда измельчитель вгрызался в землю, направленная вниз ультразвуковая пушка разрывала песок и гравий на молекулярном уровне, превращая их в однородный черный рудный песок, который хрустел под ее ботинками. Несмотря на мощь измельчителя, активные шумоподавители защищали машину от собственной мощности, сводя звук к тихому гулу и, между прочим, не давая экипажу оглохнуть. Она могла бы даже расслышать звуки, доносившиеся из джунглей вокруг нее, если бы машина не распугала всех животных в радиусе пяти километров.
Уверенная в том, что она в безопасности от местных хищников, она вскарабкалась на ближайший берег и оглянулась на большую машину, парящую на своих антигравах в нескольких метрах над землей, словно дюраллоевая грозовая туча, упавшая с небес, и чертовски разозлившаяся из-за этого. За ней по долине тянулась двухсотметровая полоса свежесозданного рудного песка, ожидавшая перерабатывающих машин, которые следовали в километре позади. Поддерживать зверя на ходу, не давая ему разорваться на части, было большой работой, но трое ее коллег были более чем способны прикрыть ее, пока она подышит свежим воздухом. Выходить из кабины управления посреди смены было нарушением правил, особенно во время работы дробилки, но все они это делали. Просидев в тесноте этой маленькой кабины управления десять часов к ряду любой сошел бы с ума. Кроме того, кого это волновало, пока измельчитель продолжал рыхлить землю на этой богом забытой планете.
Она подошла к краю джунглей. Широколиственные растения и высокие деревья возвышались над ней, как стена. В этот момент измельчитель прокладывал широкую тропу по песчаной отмели рядом с небольшой речкой. Дойдя до конца долины, они разворачивались и пускались обратно, срезая еще одну полосу рядом с той, на которой работали сейчас, где-то по пути проходя мимо обрабатывающих машин. Направленная вниз звуковая пушка измельчителя проникала в землю на глубину двадцати метров и могла пережевывать камни, как сахарную вату.
В конце концов, из этой долины исчезнут все джунгли, пока они будут добывать саганиум, но это займет по меньшей мере год, а она планировала уехать, вернуться обратно в цивилизованный космос, задолго до этого. Через десять лет эта долина станет вдвое глубже и шире, чем сейчас, и превратится в шрам, который можно будет увидеть с орбиты. На планете было десять колоний и вдвое больше мест добычи полезных ископаемых. Эта планета с ее запахами и жарой едва ли стоила того, чтобы на ней жить. Она не сомневалась, что через десять лет это место станет просто грудой камней, вращающихся вокруг слабого солнца.
Она опустилась на землю и прислонилась спиной к валуну. Когда машина медленно отъехала от нее, запах салата "Цезарь" уже исчез, сменившись вонью плесени, старых носков и гниющего мусора. Теперь, по прошествии двух недель, она начала привыкать к запахам этой уродливой планеты. Пока не до конца, но достаточно, чтобы больше не задыхаться. Ирония заключалась в том, что единственный способ добиться хорошего запаха в джунглях — это взорвать их к чертовой матери, но даже это ненадолго.
Она глубоко вздохнула и позволила твердости земли снять напряжение долгого утра, проведенного в измельчителе. Она собиралась отдохнуть несколько минут, а затем вернуться к работе. Они работали на пределе своих возможностей, и она твердо намеревалась получить обещанный бонус, если они доберутся до скалы в начале долины за две недели. Чем больше денег она заработает, тем быстрее сможет уехать отсюда, вернуться в школу и закончить обучение по архитектуре. Тогда весь этот труд стал бы просто неприятным воспоминанием, над которым смеялись бы за выпивкой и вкусной едой.
Внезапно запах гнили стал еще сильнее, и прямо за ее спиной треснула ветка.
— Что?..
Она вскочила на ноги и резко обернулась.
На мгновение ее разум не осознал того, что она увидела. На краю джунглей было по меньшей мере двадцать огромных инопланетных существ. На мгновение она подумала, что это какие-то хищники, и что она ошиблась насчет того, что звук отпугнул их. Существа были отдаленно похожи на гуманоидов, маленькие головы располагались на массивных, покрытых мехом телах. Мех был черным и усеян яркими, неправильной формы белыми пятнами. Существа слегка сгорбились, когда заметили ее, их головы нервно поворачивались, когда они смотрели на нее сначала одним боковым глазом, затем другим, как у огромных птиц. Губы на их широких пастях выглядели твердыми, похожими на клювы, что создавало впечатление, что эти существа каким-то образом принадлежат к семейству птиц.
Сначала она не поняла, что они одеты, их черные набедренные повязки и сбруя очень хорошо сочетались с мехом. Только когда она увидела примитивное ручное оружие, изогнутые ножи, длинные лезвия, насаженные на древки, образуя нечто среднее между копьем и палашом, она поняла, что имеет дело с разумными существами. Самый крупный из них также нес на плече длинную, тяжелую на вид кожаную сумку, хотя у него не было копья/меча, как у остальных.
