- Потому что твоя магия именно такая, какой и должна быть. Ты принимаешь свои силы, Гвен и ты пытаешься использовать их для хороших вещей.
Это часть того, что делает тебя такой сильной. Не беспокойся о Дафне. Всё образуется. Ей просто нужно немного времени, чтобы привыкнуть к этому, но, в конце концов, она поймёт, что во всём есть своя причина. Что боги одаривают нас такими талантами, которые нужны нам больше всего.
Профессор смотрела в пустоту.
- Я в её возрасте была такой же. Я тоже надеялась, что моя магия будет физической, а не ментальной.
- Что вы имеете в виду? - Метис вздохнула.
- Принципиально магию делят на две категории - физическую и ментальную. Физическая магия содержит, например, магию огня, которой владеет мать Дафны. Обычно физическую магию можно использовать, чтобы кого-то ранить, в то время как ментальная магия часто является магией защиты, как например моя способность исцелять.
- Принципиально это значит, что у физической магии есть форма, правильно? Как дождь во время бури?
Метис кивнула.
- Именно. Штормовой дождь был бы физической магией, что-то, что действительно можно увидеть и чего коснуться, в то время как телекинез или телепатия были бы ментальной магией, которые не обязательно можно увидеть или коснуться.
По какой-то причине слово телепатия прозвучал в моей голове как удар в колокол, но я не имела представления почему. Насколько я знала, я никого никогда не встречала с телепатической магией.
Многие студенты в Мифе обладали физической магией, которую описала Метис, такой, как способность выпускать из кончиков пальцев молнию или вызывать одним единственным движением руки порывы ветра. Кроме того наверное, улучшенные чувства ощущений и восприятия большинства студентов тоже можно было назвать своего рода ментальной магией.
- Но что с моей магией? - спросила я. - Что с моей магией соприкосновения? Так некоторые люди называют мою психометрию - магия соприкосновения.
- Твоя магия соприкосновения другая, - объяснила Метис. - Она одна из тех редких способностей, которые могут быть в одно и тоже время, как физическими, так и ментальными.
- Что вы имеете в виду? - Метис коснулась пальцем губ, как будто была не уверена, как ей мне это объяснить.
- Что же, о ментальной части ты очевидно знаешь. Это было бы то, как ты выражаешься, когда касаясь вещей что-то видишь. Когда воспоминания и чувства других людей вспыхивают перед твоими глазами.
Я кивнула.
- Но у магии соприкосновения есть ещё и физический аспект, - продолжила Метис. - Ты можешь довольно свободно перехватывать вибрацию от предметов, но люди с магией соприкосновения как у тебя, могут также воздействовать на людей.
Я предполагаю Гвен, что ты, если только достаточно постараешься, сможешь перенести твои мысли и чувства на кого-то другого и заставишь видеть и чувствовать этого человека то, что захочешь.
Твоя психометрия делает для тебя возможным, видеть воспоминания людей, она заставляет тебя чувствовать, что чувствовали они. Кто сказал, что ты не можешь проникнуть в них ещё глубже? Может быть, ты даже сможешь подключиться к магии кого-нибудь, в то время, как сражаешься против него и использовать её ему на вред? Существует несколько очень интересных теорий о магии соприкосновения, хотя немногие были доказаны, потому что это очень редкий дар.
Слова Метис позаботились о том, что я снова подумала о нападение Жнецов. Я вспомнила, что видела эту искру в Дафне и то, как я потянулась за ней и коснулась её своей собственной магией.
На несколько секунд, прежде чем валькирия свалилась с ног от усталости, я почти почувствовала, будто использую её целительную энергию. Может быть, я именно это и сделала. В конце концов, все порезы и травмы, которые я получила в схватки с девчонкой Жнецом, в этот момент исчезли. Я спрашивала себя, имела ли в виду Метис именно это, было ли подключение к силе Дафны или силе другого, одна из этих других вещей, которую я могла делать с помощью моей цыганской магии.
Но в принципе профессор объяснила мне то же самое, что и какое-то время назад моя бабушка Фрост - что моя магия будет становиться сильнее и многограннее.
Всё же я спрашивала себя, как это получится. Я ещё никогда не делала больше, чем перехватывала воспоминания и чувства, сохранённые объектами, и уж точно никогда не пыталась навязать кому-то другому свою волю.
Я открыла рот, чтобы задать следующий вопрос, но Метис опередила меня.
- Позволь мне взять мою куртку, потом я отведу тебя вниз в тюрьму, - сказала она.
- Меня очень интересует то, что Престон расскажет нам сегодня. И не волнуйся о Дафне. С ней всё будет в порядке.
Профессор зашла в свой офис. Снова я подумала о недружелюбных словах Дафны и её гневе, который горел в глазах. Почему-то я сомневалась, что валькирия так быстро возьмёт себя в руки, как предполагала Метис.
