От удара плеткой разносчик повалился на спину и, обернувшись назад, Арлетта увидела, что Гвионн тащит его за шиворот к палаткам.
— Зачем нам его подделки? — сказал граф минуту спустя. — Их потом не ототрешь. — Он удостоил жену одной из своих особенных улыбок, ни злых, ни добрых, и в глазах старого графа заблестел тот же огонек, что Арлетта так любила в очах своего милого. — Мы купим в городе. Конечно, можно было сэкономить пару денье, но тогда наши молитвы не будут услышаны. А нам необходимо, чтобы небо их услышало, не так ли, милочка?
— Вы правы, господин, — с готовностью согласилась леди Арлетта, чувствуя себя Иудой Предателем.
Они завернули за поворот, и там, словно жемчужина между створками раковины, их взору предстал монастырь Рокамадур.
Его здания, казалось, вырастали прямо из голой скальной породы, и располагались в несколько ярусов. Хотя вечерние тени уже скрыли часть открывшейся перед ними панорамы города, все равно от прекрасной картины у путников захватило дух.
Арлетте было известно, что горожане — кузнецы, торговцы, купцы, содержатели постоялых дворов, — никак не связаны с церковью. Они жили в своих халупах на нижних ярусах, в то время как прелаты и монахи Святого Города обитали в более удобных зданиях повыше.
Когда Арлетта готовилась отправиться в паломничество, отец Теобальд подробно описал ей часовни и молельни Святого Города. У Арлетты были острые глаза и хорошая память, так что она могла без особого труда рассказать своим спутникам о каждом из зданий, которые представали перед ними. Маленькое неприметное каменное строение, притулившееся под нависающей скалой, и казавшееся высеченной из нее же, должно быть, судя по описаниям, часовней святого Михаила. Здание побольше рядом с ней было посвящено Святой Деве. Базилика спасителя была чуть поодаль. Пилигримам победнее позволялось ночевать внутри нее. Арлетта разглядела и церковь святого Амадура.
Все часовни и молельни в городе были сооружены из камня. Ниже Святого Города, по скальным уступам, располагался окружающий его посад, где жил простой люд — неразбериха домов, домиков и домишек, по большей части деревянных, вкривь и вкось понастроенных у подножия скалы.
Городская стена еще только сооружалась — кое-где были недостроенные участки, на которых копошились строители.
Арлетта перевела взор вверх, на цель поездки и с любопытством принялась разглядывать часовню Святой Девы. Там стояла ее ореховая статуя — та самая, которой молва приписывала возможность творить чудеса. Если кому-нибудь было надобно чудо, шли прямо к ней.
Она виновато взглянула на мужа. Он смотрел туда же. Но чудеса, о которых они собирались молиться, уж очень отличались друг от друга. Будь ты хоть четырежды Богородица, а выполнить обе их просьбы одновременно было никак невозможно.
Она смотрела, как ее муж истово крестится, и ждала того момента, пока он кончит бормотать покаянный псалом.
— Пойдем сегодня на всенощную? — предложила она.
— Давай не сегодня. В нижней части деревни есть постоялый двор. Там мы проведем ночь. Я уже не тот юноша, каким был в твоем возрасте; мне нужно отдохнуть и набраться сил перед тем, как мы поползем по
Озадаченная Арлетта нахмурилась.
— Петронилла, помнится, говорила, что паломники побогаче могут остановиться в аббатском дворце.
Граф только фыркнул.
— Должно быть, эта расфуфыренная дура тоже надеялась расположиться там. Но дворец слишком высоко, — он показал пальцем в небо. Мать Господа нашего спала в хлеву, и там же родила свое чадо. Жена моего племянника не развалится, если проведет одну ночку на постоялом дворе.
Граф Этьен Фавелл и его жена, проехав через
— Вы направляетесь в Святой Город, господин? — спросил какой-то парень, по виду, похоже, конюх, с редкими волосами цвета имбиря, острыми голубыми глазами и большими оттопыренными ушами. Как и торговцы медальонами в палаточном городке, здешние обитатели, не разбирая титулов и званий, обращались к каждому проезжающему «мой господин».
— Завтра, — резко ответил граф.
В глазах парня вспыхнула заинтересованность.
— Вам надо где-то поставить на ночь вашего скакуна, господин?
Вмешался второй, горбун с кудрявой черной шевелюрой и красивым, с тонкими чертами, лицом:
— Возможно, вы ищете, где переночевать, отдохнуть, поужинать?
— Сегодня я пощусь, — услышали они в ответ. — Но жена поужинает.
