Лишь только я открыл дверь своего номера в мотеле, яркий солнечный свет буквально ослепил меня, и какое-то мгновение невозможно было ничего разглядеть, кроме мерцающего золотисто-каштанового сияния. На пару секунд я крепко зажмурился, потом осторожно приоткрыл глаза. На этот раз под шапкой темно-рыжих волос я смог различить кое-какие интересные подробности. Невероятно распутное личико с блестящими зелеными глазами и носиком, который нельзя было назвать ни маленьким, ни курносым. Когда она улыбнулась, нижняя губа выпятилась, придав лицу чувственное выражение.
Я бы дал ей лет двадцать пять, но, судя по всему, опытности ей было не занимать. Открытая голубая кофточка плотно облегала высокую грудь, бюстгальтера на ней не было. Выцветшие брючки сидели низко на бедрах и тесно обтягивали аппетитные ягодицы и стройные ножки. От шеи до пупка тянулась полоска обнаженной кожи. Втянутый живот напоминал драгоценное изделие из слоновой кости руки знаменитого мастера.
— Мистер Уилер? — У нее был хриплый, приглушенный голос.
— Да.
— Я проверила по регистрационному журналу: вы из Пайн-Сити.
— Верно.
— Не отпразднуете со мной? Пить одной скучно.
Она встряхнула шейкер, и я услышал, как мелодично звякнули опущенные в него кубики льда.
— Можно ВОЙТИ?
Я распахнул пошире дверь и машинально шагнул в сторону. Она прошествовала мимо меня, ритмично покачивая упругой задницей. Меня заворожило это зрелище. Гостья остановилась возле письменного стола.
Я закрыл дверь номера и медленно подошел к ней, опасаясь, как бы она не оказалась всего лишь плодом моего не в меру разыгравшегося воображения.
— Найдется тут из чего выпить? — Нетерпение сквозило в ее голосе.
Я принес два стакана из ванной комнаты, налил в них коктейль из шейкера и протянул один ей. Девица уселась в ближайшее кресло, скрестила длинные стройные ноги, и мне почему-то показалось, что она живет в моем номере по крайней мере уже пару дней.
— Что мы празднуем? — вежливо осведомился я.
— То, что я не получила развода. Но, скажу я вам, это была приятная попытка. Мне почти все удалось. — Она медленно улыбнулась. — Между прочим, мое имя Трейси Тенисон.
— А я — Эл Уилер.
— Трейси и Эл! — Она с минуту подумала, потом поморщилась. — Звучит как в каком-нибудь современном газетном юмористическом рассказе, где я лесбиянка, а вы паинька. Так или иначе, — она приподняла свой стакан, — выпьем за мою чудесную свободу.
Хотя я предпочитал скотч, мартини был превосходно смешан семь к одному. Когда я опустил стакан, то обнаружил, что она разглядывает меня холодным оценивающим взглядом. Мелькнула неприятная мысль, что она может оказаться местным Джеком Потрошителем и прикидывает сейчас, как сподручнее перерезать мне горло.
— Вы надолго в Рино? — неожиданно спросила она.
Я покачал головой:
— Я провел пару недель на Востоке. Теперь отпуск мой подошел к концу, и я решил возвращаться домой северным путем. Все эти открытые равнины в Вайоминге пробудили во мне ностальгическую грусть о прежних славных днях, когда по всем телевизионным каналам с утра до ночи крутили вестерны.
— Вы просто треплетесь, не так ли? — Она весело засмеялась. — Уж не заставляю ли я вас нервничать?
— Естественно, — ответил я честно, — объясните, в чем, собственно, дело?
— Есть две вещи, которые меня в вас вполне устраивают, приятель. — Она медленно потягивала свой мартини. — Вы выглядите достаточно мужественным, способным в случае чего постоять за себя, и к тому же направляетесь в Пайн-Сити.
— Чего мне не хватает, так это интуиции, — буркнул я. — Может, разъясните, что к чему?
— Хочу, чтобы вы подвезли меня в своей очаровательной маленькой спортивной машинке, что стоит перед мотелем. — Она облизала нижнюю губу розовым кончиком языка. — Гарантирую, вы не соскучитесь в пути, а когда мы доберемся до Пайн-Сити, я заплачу вам пару сотен долларов.
— Почему вам нужна защита? — спросил я.
— Мой муж, Дейн Тенисон, человек весьма вспыльчивый, обозлился на меня за то, что я пыталась получить развод. Я буду в безопасности, как только вернусь в Пайн-Сити. Он это прекрасно знает и наверняка попытается помешать мне. Так что путешествовать одной — примерно то же, что самой подтолкнуть его к решительным действиям.
— Видимо, ваш брак был прямо-таки потрясающий, основанный на доверии и всей прочей чепухе, — покачал я головой. — Вы не шутите? Это не какой-то хитроумный розыгрыш?
— Если он надумает остановить меня, то пойдет на все, — произнесла она ровным голосом. — Например, наймет грузовик, чтобы столкнуть нас под откос. — Она сжала губы. — Дейн — очень решительный!
Я поставил стакан на стол и закурил сигарету. Ощущение нереальности, охватившее меня в то мгновение, когда я отворил дверь и увидел это мерцающее золотисто-каштановое сияние, постепенно усиливалось.
— Ваш муж всегда действует самостоятельно?
