Холодная Зима полностью

Про эту смерть написал в своей книге Ф. Т. Моргун: "…Нужно рассказать о загадочной смерти Кулакова. Это был могучий, мудрый, порядочный человек. Лидер, на которого мы совершенно обоснованно делали ставку, полагая, что он займёт пост генерального секретаря после Брежнева. Но к концу семидесятых над ним стали сгущаться тучи. В один из приездов в Москву я зашёл к Фёдору Давыдовичу. Не мог не сказать о том, что меня тревожило: "Фёдор Давыдович, я последние месяцы регулярно слушаю зарубежные радиоголоса. И все они изо дня в день твердят, что Брежнев тяжело болен и на его место готовится Фёдор Давыдович Кулаков. Не знаю, как вам сказать, но я страшно боюсь этих провокаций". Он сидел молча. Поднялся, подошёл ко мне, обнял и тихо, на ухо сказал: "Федя, я этого тоже очень боюсь"".

Сразу после этого состоялся Пленум — надо было закрывать кадровую брешь, назначать кого-то на сельское хозяйство — после смерти Кулакова пост стал вакантным. В качестве кандидатов рассматривались министр сельского хозяйства СССР В. Месяц, заведующий сельскохозяйственным отделом ЦК В. Карлов и первый секретарь Омского обкома партии С. Манякин. Все — многоопытные, достойные руководители. Пленум же, как известно, избрал Михаила Сергеевича Горбачева, которого активно протежировал председатель КГБ Андропов…

Всем людям, богатым и облеченным властью, надо иногда отдыхать. Власть — это вообще бремя, тяжелое и утомительное. Но каждый раз далеко отдыхать не поедешь. Поэтому, уже в конце девятнадцатого века остров Кейп-Код, расположенный рядом со средоточием экономической власти Нью-Йорком и совсем недалеко от средоточия политической власти Вашингтона, стал идеальным местом для расположения курортов и загородных домов элиты. Пустынный, продуваемый солеными атлантическими ветрами, с дюнами и широкими пляжами, по которым так приятно пройтись утром босиком… Уже после второй мировой войны он был полностью застроен небольшими, нарочито скромными дощатыми домами, стоящими иногда в нескольких метрах от океана. Но нарочитая скромность могла обмануть только неопытного человека — то тут то там можно было увидеть черные седаны с множеством антенн, а три моста — единственные ведущие на остров дороги, если не считать морского пути, скрытно, но надежно охранялись.

В одном из домов, расположенном в районе внешнего мыса, чуть в стороне от городка Провинстаун, сегодня проходило совещание. Совещание, своим масштабом никак не сопоставимое с местом, в котором оно проходило. Собравшиеся на него гости — все как один белые джентльмены от пятидесяти до восьмидесяти лет, свои автомобили оставили в Провинстауне, причем все эти автомобили были не их собственными, а взятыми напрокат. До дома, где их ждал горящий камин, и немудреная местная снедь на столе их доставляли на гольф-каре, принадлежащем хозяину этого особняка. А один из гостей, самый молодой из всех (ему только-только стукнуло пятьдесят) и вовсе добрался пешком, отказавшись от гольф-кара и сказав, что предпочитает пройтись. Сейчас же все гости были на месте и, рассевшись полукругом перед камином, дегустировали блюдо из трески, выловленной этим утром.

— Черт, совсем не то дерьмо, которое я ем каждое утро — закончив со своей порцией, пробурчал один из собравшихся

— Что, Том, устал от омаров в шампанском? — мгновенно подколол его другой.

— Да брось… Здесь натуральное все — и еда и воздух…

— И рад бы в рай, да грехи не пускают… — подключился к беседе третий.