— Полный абзац — злобно выругался Петухов — меня эта уродская тупость просто убивает. Они видите ли торопятся… Долбоебы!
— Ну а что ты хочешь… Срочники, мозгов совсем нет. Документы в полном порядке — они и выдали. Им то до дверцы — стоят на посту и стоят, а там хоть трава не расти…
— Ладно… Что делать будем?
— Что делать, что делать… Я в прокуратуру поеду, выясню кто и как будет дело возбуждать по факту побега. Попытаюсь договориться, чтобы дело приняла к производству генеральная прокуратура, сдается мне, тут есть явная связь с убийством Беляковского в камере. А ты — докладывай наверх и готовь вазелин…
— Б… — снова выругался Петухов и в это время раздался новый стук в дверь.
— Да кто там, б…!!
— Товарищ… майор… Там женщины… две… Говорят что за телом Беляковского пришли. Оно ведь у нас пока или в морг уже отправили?
— У нас, у нас… Что делать будем? — Петухов взглянул на Калинина
— А что тут делать? Выдадим, бумага есть. Вон, пусть Сергей с ними разберется…
Наташу я увидел во дворе изолятора. Светленькая, худенькая, тонкая как тростинка, одетая в брючный черный костюм, высокая. Наталья абсолютно не была похожа ни на мать, ни на отца, ни вообще на еврейку. Сейчас она стояла, ожидая пока вывезут тело ее отца.
— Товарищ следователь, все, выдаем?
Я ничего не ответил, в голове словно звенел колокол. Пространство как-то сузилось и остались только я, Наташа и тонкая, огражденная невидимыми стенами тропинка между нами. Что же делать…
— Так выдаем?
— А? — я словно очнулся от забытья, солдат внутренних войск, уже напуганный тем, что произошло до этого, недоуменно смотрел на меня. Сзади стояли два зэка из активистов, они катили каталку с телом Беляковского.
— Товарищ следователь, мы тело вон этим выдаем? — в который раз уж, наверное, переспросил солдат
— Да… да, да. Выдаем, конечно.
— Давайте, аккуратно только, чтоб вас! — прикрикнул солдат на зэков и те осторожно покатили каталку вперед. Следом пошел и я.
Как я прошел эти двадцать метров, которые отделяли меня от Наташи? Да, наверное, так же, как идет осужденный на расстрел. В голове была пустота. Полная. Я знал, что должен что-то сказать, но слов не было. И что делать, я тоже не знал.
— Наташа, я… — начал я
Хлесткий звук пощечины плеснулся на стены, отразился от кафеля пола и стен, затих где то вдали. Я молча опустил голову…
— Товарищи офицеры!
Вошедший в кабинет генерал армии Сергей Леонидович Соколов махнул рукой — мол садитесь — сразу подошел к расстеленной на столе для посетителей крупномасштабной карте.
