— Да готов то ты готов… — задумчиво проговорил Горин — только твоя ответственность не нужна никому… Понимаешь? Важен не сам Соболев и то, что он сделал — или не сделал. Важно дело Соболева. Оно жизненно нужно Андропову как инструмент давления и торга. Раздувая это дело. Он будет давить на Калинина, на Руденко, на твоего отца… В связи с делом Внешэкономбанка у него земля под ногами горит — поэтому он будет биться до конца. А на суд тебя не выведут — потому что суд никому не нужен. Более того — суд над тобой просто опасен. Смекаешь?
— И что теперь?
— А вот что! — генерал Горин, кажется, пришел к какому то решению — ты должен исчезнуть. Да не смотри на меня так. Соболев Сергей Владимирович исчезает без вести, по весне в лесу под Москвой находят полуразложившееся тело, пистолет рядом с ним, вот этот самый, который ты мне дал. А вместо Соболева вдруг появляется Иванов Иван Иванович. Или Петров Петр Петрович. Или… в общем неважно. Главное — другой человек, ни в чем не замешанный. Этот случай наименее выгоден Андропову, так у него выбиваются некоторые козыри. Не все конечно, но пока ты жив — Андропов может манипулировать тобой как хочет.
— И как вы себе это представляете, Владимир Владимирович? Мои отпечатки пальцев есть в картотеке. Меня знают многие в Москве. Думаете, меня не опознают?
— Ну, варианты разные могут быть… — протянул Горин — хотя в чем-то ты прав. Тебе надо уехать из страны. На несколько лет. Куда то, где ты будешь не на виду, и где о тебе все забудут. А отпечатки пальцев — а что у тебя отец не генерал милиции? Отпечатки пальцев — сегодня они одни, а завтра другие. Да и после того, как по весне твой «труп» найдут — дальше искать не будут. Согласен?
— Согласен… — протянул я
— А насчет уехать… — генерал Горин перелистнул лежавший на столе справочник с номерами Генштаба и министерства обороны, снял трубку с одного из аппаратов, набрал телефонный номер.
— Михаил Павлович? Горин беспокоит из ГРУ. Добрый день, верней уже ночь. Извините что домой звоню. Не разбудил?… Ну и хорошо… У вас штаты ГВС[66] укомплектованы? Нет? Так я и думал. Скажи, куда сейчас набор идет? Понятно… Для моего человечка место найдется непыльное? Да, оперативная необходимость…. Вот и хорошо. Завтра я тебе документы на него подвезу, оформи его как можно быстрее… Да… Вот спасибо…
Генерал положил трубку
— Послезавтра улетаешь. До отлета будешь сидеть безвылазно здесь, в моем кабинете. Вон там, в комнате отдыха.
— И куда?
— Афганистан. Слышал когда-нибудь?
— Нет…
— Там набор идет. Офицеров не хватает. Катастрофически.
— Я же не офицер.
— Да брось… Туда отправляют всех кого только можно, таких берут что… Я тебя оформлю еще и через военный атташат, и кое с кем переговорю, чтобы помогли тебе войти в курс дела. Ну и сам с тобой немного позанимаюсь до отлета. Знаешь, сколько в Великую Отечественную краткие курсы разведчика занимали времени?
— Нет.
— Две недели. Две недели — и парашютирование в тыл к фашистам. Вот так вот. Двух недель у нас с тобой нет — но есть два дня. А остальное — на месте освоишь, ребята из аппарата военного атташе тебе помогут. Вот так вот.
На столе снова прозвякал телефон…
— Пропустите!… Твой отец приехал, через пять минут тут будет. А я пока пойду, распоряжусь, чтобы тебе документы выправили. Фамилию себе придумай какую-нибудь простенькую.
— Белов! — сходу выпалил я, не знаю, но в голову сразу пришла именно эта фамилия.
— Ну, пусть будет Белов… Сиди здесь жди отца. А я пошел…
— Где они? Назначались, на десять часов, сейчас уже десять минут одиннадцатого! — Руденко в который раз уже недовольно смотрел на часы, одернул свой белый прокурорский китель
— Видимо задерживаются, Роман Андреевич… — первый заместитель генерального прокурора Александр Михайлович Рекунков тоже недовольно посмотрел на часы, зачем то переложил с места на место папку с материалами.
Третий, находящийся в кабинете человек сидел молча, закрыв глаза и не обращая внимания на нервничающих прокуроров. Это был сам министр внутренних дел СССР генерал армии Николай Анисимович Щелоков…
— Хорошо. Коли уж товарищи из КГБ задерживаются, предлагаю попробовать угадать, что они скажут. Вот Вы, Николай Анисимович, на месте Андропова что бы нам сказали?
— Да все просто — сказал Щелоков — для внешней разведки нужна валюта. Внешние источники ее получения могли находиться, и скорее находятся под контролем спецслужб Запада. Вот и решили раздобыть валюту и валютные ценности — в своей стране….
— Но это же бред — возмущенно проговорил Рекунков — это такой бред, что уши вянут. А как быть с тем, что несколько сот миллионов долларов выведены из страны и переведены за границу, в швейцарский банк? Это что — тоже оперативная необходимость?
