Нельзя сказать, что он выглядел как генерал, частично не обидев Омара, – тот был красивее и минимум на голову выше нашей Златовласки. Искусственно потрепанная шляпа с серебристыми краями свисала с его головы, а руки были вложены в карманы длинного пальто «Хадсон» с серебристым воротником из койота. Местные считали его настоящим денди, но мне казалось, что у него просто есть стиль. Мы познакомились из-за длительных бытовых разборок. Омар и его жена Майра пытались убить друг друга из-за восьмилетнего разваливающегося брака; инцидент начался с кухонной утвари и закончился, насколько мне было известно, парочкой пуль 308-го калибра – выпущенных из свадебного подарка дяди. Оба были отличными стрелками, и им невероятно повезло, что оба промахнулись; они не могли жить ни вместе, ни порознь. На данный момент они все же разошлись, и на Рок-Крик стало значительно тише. Омар всегда выглядел сонным, но никогда не спал.
– Если человек хочет здесь убить невинное животное, как ему поступить?
– Да иди ты. Нет такого понятия, как «невинное животное», особенно здесь.
Я прислонился к сверкающему «Шевроле» и задумался, почему у него всегда все такое чистое. Наверное, на него работают как минимум человек двенадцать.
– Ты что, не смотрел канал «Дисней»?
– Мне больше нравилось «Дикое королевство Омахи». – Омар зевнул и сдвинул шляпу. Его кобальтовые глаза оценивали расстояние до гор, и, если прислушаться, можно было услышать щелчки его внутренних приборов, пока они считали километры и выверяли траекторию. – В любом случае животное, которое тебя интересует, никогда не было невинным.
Я вытащил пакет из внутреннего кармана пальто и поднял на уровень глаз. Содержимое было похоже на свинцовый тест Роршаха.
– Поэтому я и здесь.
Омар перевел взгляд на пакет и стал похож на льва. Он снова зевнул.
– А ты не шутишь.
Омар протянул руку, и я передал ему самую главную улику в нашем деле. Он немного помял пакет, а потом потряс между своим золотым «Ролексом» и тремя бирюзовыми кольцами на правой руке. Омар был амбидекстром. Это стильно.
– Мягкая?
– 30 к 1, свинец к олову.
– Это все?
– Какое-то химическое вещество, смазка или «Черное золото Лаймана».
– Смазка, изготовленная специально для стрельбы патронами с черным порохом.
– Патроны с черным порохом?
Омар первый раз взглянул на меня.
– Сколько людей это видели?
– Вик, Ти-Джей Шервин из разведки, люди из химической лаборатории и Генри.
Он моргнул, но не отвернулся.
– И Медведь не узнал, что это?
Я помолчал.
– Мы решили, что это пуля с черным порохом для старого дробовика.
– Хм-м-м… – Он неоднозначно мычал почти так же хорошо, как и я.
– Ну что?
Омар отдал мне пакет и снова сунул руки в карманы.
– Я мог бы сказать, но лучше покажу.
– Ты настолько уверен?
Он опустил взгляд на острые носки своих эксклюзивных ковбойских сапог из крокодиловой кожи.
– Настолько.
Я обдумал свое расписание.
– После 17:30?
Омар снова поднял взгляд к небу над Клауд-Пик.
– Лучше завтра утром, шериф, у меня есть дела.
– Во сколько?
– Неважно, я никогда не сплю.
К тому времени, как я вернулся в офис, к зданию подъехал зеленый «Додж» с плоским кузовом и пятым колесом, и женщина на переднем сиденье сделала вид, что не видит меня, когда я прошел мимо. Барбара Келлер не верила и никогда не поверит, что ее ребенок может быть в чем-то виновен. Я вошел в кабинет и жестом пригласил двух мужчин следовать за мной.
– Принести вам кофе? – Джим Келлер покачал головой, а Брайан изучал свои руки. – Точно? Он варится примерно с восьми утра. Наверное, сейчас самое оно.
– Чем мы можем помочь, Уолт?
Из всех опрошенных молодых людей меньше всего я причислял к изнасилованию Брайана. Не знаю, всегда ли он выглядел таким грустным или все стало только хуже после суда.
– Джим, тебе принадлежит та земля рядом с БЗР, где Боб Барнс пасет овец Тома Чатэма?
– Да.
– Там мы нашли Коди Притчарда. – Я взглянул на Брайана. – Вы не разговаривали за последние пару недель?
– Нет. – Я повернулся к Джиму, который, в свою очередь, повернулся к Брайану, который все так же изучал свои руки. – Так ведь?
Видимо, Брайан нашел на руках что-то очень интересное.
– Нет, сэр.
– Джим, твоя жена в машине, кажется, чем-то очень расстроена, может, ты ее проведаешь?
Он снова посмотрел на Брайана.
– Отвечай на все его вопросы, и уж лучше тебе говорить правду.
Я позволил этому приказу висеть в воздухе, пока дверь тихо не закрылась. Брайан Келлер был красивым парнем с широкими скулами, волевым подбородком и маленьким, закругленным шрамом у шеи. Он бросил жизни вызов, и та в ответ надрала ему задницу. Я посмотрел на этого юного сорванца, и мне тоже стало грустно.
– Брайан? – Он вздрогнул и на секунду встретился со мной взглядом. – Ты разговаривал с Коди?
– Нет, сэр.
– Совсем?
– Да, сэр.
Я ему поверил. Пустые оболочки, как правило, не врут. Я потянулся и сцепил руки за головой.
– Вы вообще общались после суда?
– Нет, сэр.
– Может, ты знаешь про какие-то угрозы в его сторону? У него были враги? – После этого послышался резкий вдох. – Помимо очевидных.
– Я бы с радостью убил этого подонка.
– Правда? – Мои брови сами поползли вверх.
