– Примерно месяц назад Андрюша попал в неприятное положение. К сожалению, он не рассказывал мне подробности, но однажды вечером, вернувшись с работы, сообщил мне, что все уладил. «Ты занял деньги, – спросила я, – но у кого?» – «У одной нашей общей знакомой». Я догадалась, что у Леночки. Я была против! Недаром в народе говорят: займешь деньги – потеряешь дружбу. Андрюша занял, но отдавать-то было нечем. Леночка стала звонить, требовать… Очень неприятный момент. Мы выставили на продажу свою дачу, и уже приходили покупатели… Я собиралась сказать ей об этом, как раз на дне рождения, но не успела.
«Ай да Ларисочка! Ай да умница!» – мысленно похвалила я себя. С первого тыка нашла причину, по которой Андрей Гаврилов мог желать смерти Елены.
Мы вышли из квартиры Гавриловых слегка оглушенные.
– Мир перевернулся! – выдохнула Ольга. – То-то они оба казались мне людьми, у которых ветром крышу сдуло, но Быстрова… Нет, мне этого не понять!
– А я как раз насчет Ленки не удивилась. Она всегда проповедовала лозунг, что в жизни все нужно испытать. Однажды она пыталась всучить мне сигарету с анашой. Попробуй, говорит, не пожалеешь. Я отказалась по той же причине: попробовать все я и так не смогу, а наносить себе заведомый вред… Почему бы тогда не попробовать сигануть с шестого этажа? А вдруг останешься в живых?
– Какая ты, оказывается, правильная была, – усмехнулась Ольга.
Внезапно она остановилась, схватилась за живот и побледнела.
– Этого еще не хватало.
– Что, схватки начались? – испугалась и я.
Довела ее до машины, и мы помчались в женскую консультацию.
– Какой срок? – строго спросила Ольгу гинеколог.
– Тридцать две недели.
– Ну и что это у нас за вид?
– Какой вид? Нормальный, – сразу взъерошилась Ольга.
– Каблуки! Немедленно снять! Накрасилась. Небось по городу разгуливала?
– А что же мне, лечь и лежать?
– Понадобится, будешь и лежать! Мы для чего вам больничный лист выписываем?
– Чтобы мы своим внешним видом не оскорбляли взглядов сослуживцев.
– Юмористка, да? Вот родишь посреди улицы, не до смеха будет!
Доктор так явно злилась, что я подумала – еще немножко, и она даст Ольге хорошую оплеуху.
– Была бы несмышленышем лет семнадцати, а то ведь, можно сказать, старородящая…
– Я?! – натурально изумилась Ольга.
Но когда я попыталась отправить ее домой, чтобы уложить в постель, как советовала доктор, она воспротивилась:
– Мне надо сходить еще в одно место. Ты подала мне идею.
– Ничего я тебе не подавала! Езжай домой.
– Не поеду!
В общем, я, наверное, перенервничала больше, чем моя подруга. Так что в конце концов, не обращая внимания на протесты, я позвонила Кононову и нажаловалась на его непослушную супругу.
Он тут же приехал и взглянул на жену так грозно, что всяческие шуточки Ольги, наверное, застыли у нее на языке.
– Не волнуйся, Лара, я ее к кровати прикую.
– Цепью? – все же поинтересовалась Ольга.
– Наручниками!
Когда я вернулась домой, Сергей сидел перед телевизором и демонстративно смотрел какой-то боевик. Ничего страшного, конечно, что он поел один, но у меня почему-то кольнуло сердце: увлеклась совершенно несвойственным мне делом и забыла даже о любимом человеке. Тем более что сама требовала от него: в отпуске проводить друг с другом как можно больше времени!
– Мы так давно не виделись с Ольгой, столько нам нужно было друг другу сказать.
– Копали, значит? – спросил он, кивая в ответ на мои слова.
Я запнулась: что он имеет в виду?
– И много нарыла? – Сережа поднялся из-за стола, обнял меня и коснулся губами уха. – Нехорошо иметь секреты от собственного мужа.
– Но я…
– А тем более отпираться на допросе.
– Да откуда ты все это взял?
– Служебная тайна! – Он строго посмотрел на меня, и хотя я понимала, что муж шутит, на мгновение мне стало не по себе: все-таки он умеет смотреть так, что, как говорится, до печенок продирает. – Поделись соображениями: кто убил твою подругу?
– И твою! – вдруг вырвалось у меня.
Отчего-то я была уверена, что мои слова Сергея смутят – он опустит глаза, начнет оправдываться, – но у него лишь слегка шевельнулись уголки рта, как если бы он хотел улыбнуться, но в последний момент передумал. И весь как-то поскучнел, словно услышал недопустимую глупость.
– Елена Быстрова никогда не была моей
Поскольку муж сделал ударение на последнем слове, я тут же прицепилась:
– А кем для тебя она была?
– Медсестрой, когда я после пулевого ранения лежал в центральном госпитале… Дурочка, что ты себе напридумывала?!
Он приподнял меня и посадил к себе на колени.
– Ленка на тебя так посмотрела, а ты сделал вид, что ее не знаешь.
– Да, от жены ничего не скроешь! Ты права, я и не хотел ее знать. Ни тогда, ни теперь. Но не уходить же из-за этого! Если бы она попыталась что-то сказать, клянусь, я бы ушел. Взяв тебя за руку.
– Она к тебе приставала… в госпитале?
– Было дело, – кивнул Сергей. – Но если ты посмотришь на себя в зеркало, то поймешь, почему у нее не было никаких шансов. Мне нравятся совсем другие женщины.
Все звучало вполне правдоподобно, но я почему-то не могла заставить себя поверить в это.
