— Совершенно точно, — ответил второй пилот. — Больше никого ни в доме, ни вокруг него нет.
— Прикрывай дом спереди, — сказал Калли своей спутнице. — Я попробую подойти к окошку. — Помолчав, он посмотрел на нее в упор. — Если представится возможность стрелять, никаких колебаний. Всади в него всю обойму.
Хаузер кивнула и спряталась за перевернутой лодкой, наведя оружие на переднюю дверь. Калли снял с плеча снайперскую винтовку и прошел к боковому окошку, остановившись по дороге возле «эксплорера» и заглянув в открытое боковое стекло. Ключи торчали в замке зажигания, он протянул руку, вынул их, спрятал в карман, затем укрылся за рядом дубов и кленов, что росли у дома.
Намылив кремом для бритья все тело Дженни ниже талии, Малик вооружился опасной бритвой. Видя это, Дженни не могла сдержать дрожи. Он выбрил ее ноги, а затем перешел к лобку, выбривая оставшиеся после стрижки ножницами короткие волоски. Стирая полотенцем остатки крема, он подпевал печальной деревенской балладе, которую передавали по радио.
— А теперь, моя сучка, пора отстричь твои золотые локоны, — сказал он. — Я считаю, что нет ничего более сексуально привлекательного, чем женщина с обритой головой.
Самодовольно улыбаясь, Малик направился в дальний конец комнаты, за ножницами.
Глаза Дженни тотчас же устремились к лезвию, лежащему на столе около ее колен, поблизости от баночки с кремом для бритья. Она знала, что это ее единственная возможность спастись, и собирала все свои силы для того, что намеревалась сделать. Еще никогда в жизни она не причиняла боль ни одному живому существу, разве что случайно, но это действительно был ее единственный шанс спастись.
Пока Малик брил ее ноги, она вновь натянула ремни, пытаясь вырвать кисти рук из стягивающих их петель. Она закрыла глаза, помолилась и изо всех сил дернула руки.
Ее левая рука освободилась довольно легко, но правая застряла в петле. Продолжая смотреть на все еще стоявшего спиной к ней Малика, она снова дернула. И на этот раз удачно: освободилась и ее правая рука. Взяв бритву, она тут же протянула руки вверх, над головой, схватила ремни и дважды обмотала их концы вокруг кистей. Когда она увидела, что он повернулся лицом к столу и наводит объектив видеокамеры на верхнюю часть ее тела, ее опять охватила дрожь.
Калли стоял среди деревьев в двадцати ярдах от окна. Его скрывала густая тень, и никто не мог бы его увидеть, если бы выглянул из дома. Он поднял снайперскую винтовку и через оптический прицел ночного видения посмотрел в ярко освещенную комнату.
С того места, где он стоял, ему была видна лишь небольшая часть комнаты: стеллаж с книгами и стереосистемой. Оставаясь в тени деревьев, он стал двигаться направо, все время наблюдая за комнатой через оптический прицел.
Калли задержал свой взгляд на видеокамере, установленной на треножнике с другой стороны большого разделочного стола, затем перевел его туда, куда был направлен объектив. При виде обнаженной ноги он весь оцепенел и с такой силой выдохнул воздух, точно его пнули ногой в грудь.
— Боже мой! — выдохнул он и едва не выронил винтовку, увидев распростертую на большом деревянном столе обнаженную дочь.
— В чем дело? — спросила Хаузер по радио. — Калли!
— Оставайся на месте, — сказал он, быстро оправляясь от полученного им шока. — Дженни внутри. Но Малика я не вижу.
— С Дженни все в порядке?
— Не знаю.
Приложив глаз к прицелу, Калли увидел, что голова Дженни шевельнулась.
— Она жива, — шепнул он по радио.
— Слава Богу, — сказала Хаузер.
Калли осмотрел через прицел все тело Дженни. Оно как будто бы было цело и невредимо. Ее открытые глаза, видимо, смотрели на Малика. Ее правая рука была ближе к окну, и Калли заметил, что она что-то сжимает в пальцах, одновременно держа ремень так, точно ее рука была привязана. Всмотревшись, Калли различил в ее руке лезвие бритвы.
Затем он стал искать через прицел Малика и наконец обнаружил его в правом углу. Он смотрел в видеоискатель видеокамеры.
— Малик в комнате, — сказал Калли в микрофон. — Можно попробовать выстрелить в него.
Калли стал шаг за шагом подвигаться налево, ища наиболее подходящее место для точного выстрела. Прислонив винтовку к стволу дерева, он навел ее на голову Малика. Сделал глубокий вдох, легкий выдох и начал медленно нажимать на спусковой крючок, но тут вдруг голова Малика качнулась в сторону.
Калли вновь прицелился, но Малик вдруг вообще исчез из оптического прицела. Поняв, что замышляет его дочь, Калли решил не стрелять из винтовки. Дженни может быть сильно ранена одним из осколков, которые разлетятся по всей комнате. А если стекло термостойкое, толще обычного, пуля может отклониться в сторону, и тогда Малик успеет убить Дженни, прежде чем он ее спасет.
— Наблюдай за фасадом дома, — предупредил он Хаузер по радио. — А я зайду сзади, посмотрю, нет ли там двери, ведущей прямо в комнату, где они находятся.
