Холодные дни полностью

– Давненько.

– И мы никогда не говорили о нас. По-настоящему. Все больше так, пробегали по поверхности.

– Вы не говорили о себе, – сказала она. – Я не говорила о себе.

– Может быть, нам стоит это изменить, – сказал я.

Сарисса потупилась, и щеки ее порозовели.

– Я… Думаете, нам действительно стоит?

– Хочешь зайти? – спросил я. – Поговорить. И только.

Она помедлила, подбирая слова:

– Если ты этого хочешь.

Я попытался представить все это с точки зрения Сариссы. Она была красива и наверняка понимала, что постоянно привлекает внимание мужчин. Смертная, живущая в мире фэйри, большинство из которых злонамеренные, и все без исключения – опасные. Первым Зимним Рыцарем, с которым она познакомилась, был Ллойд Слейт, то еще чудовище и редкостный сукин сын. У нее были также определенные отношения с самой Мэб, которая могла уничтожить Сариссу, если бы та вызвала недовольство королевы по любому пустячному поводу.

А я был наемным убийцей Мэб.

Сегодня ее обрекли на смерть лишь потому, что ей довелось быть моей спутницей на вечеринке. И она едва не погибла. Но девушка приняла меры, спасая себя, – и меня, кстати, тоже – а сейчас невозмутимо стояла рядом со мной, не выдавая ни малейшего беспокойства. Она потратила месяцы на то, чтобы помочь мне снова встать на ноги, и всегда была ласковой, спокойной и готовой прийти на помощь.

Однако она не спешила полностью довериться мне и осмотрительно соблюдала дистанцию. Я понимал, почему. Осторожность – абсолютно необходимое качество для выживания среди Зимних, а в ее глазах я, скорее всего, был начинающим монстром. Монстром, которому ее просто-напросто отдали.

Если подумать, то, хотя я и спас ей жизнь, в этом не было бы необходимости, не сопровождай она меня. Я понимал, суммируя случившееся и все то, что она сделала для меня, что пребывал перед нею в большом долгу.

Но я не смогу помочь ей, пока не узнаю о ней больше.

– На пару минут, – сказал я. – Пожалуйста.

Она кивнула, и мы вошли внутрь. Сразу за моей спальней у меня была небольшая гостиная. Я где-то читал, что как правило женщины чувствуют себя более удобно с человеком, сидящим рядом с ними, а не напротив них. У мужчин же все наоборот. Сидеть друг напротив друга в чем-то сродни прямому физическому противостоянию, в котором более крупный и сильный тип имеет преимущество. Я не знал, правда это или нет, но она была уже достаточно взвинчена, и я не хотел усугублять ее состояние. Поэтому я усадил ее на один край дивана, а сам пристроился на противоположном, на дистанции чуть большей, чем длина вытянутой руки.

– Ладно, – сказал я. – Мы с тобою толком не беседовали наверное потому, что я никогда ничего не рассказывал о себе. Думаю, сущность проблемы я изложил верно?

– Доверие – дорога с двухсторонним движением, – сказала она.

Я издал коротенький смешок:

– Ты слишком долго пробыла рядом с Мэб. Она тоже не любит отвечать на вопросы простым «да» или «нет».

Уголки губ Сариссы слегка дернулись:

– Да.

Я снова рассмеялся:

– Хорошо. С волками жить – по-волчьи выть. Может быть, нам стоит обменяться вопросами и ответами. Ты можешь начать.

Она сложила руки на коленях, нахмурилась, потом кивнула:

– Я слышала о тебе множество историй. Что ты убил много людей. Эти истории правдивы?

– Я не знаю, что ты слышала, – сказал я. – Но… да. Когда злобные существа становились угрозой для людей в моем городе, моей работой было помешать им. К тому же, какое-то время я был Стражем Белого Совета. Воевал против Красной Коллегии. Участвовал во многих схватках, в которых иногда гибли люди. А почему ты в долгу у Мэб?

– У меня… у меня врожденное слабоумие, – проговорила она. – Я видела, что эта болезнь сделала с моей старшей сестрой, и… – Ее передернуло. – Врачи не могли мне помочь. Мэб же смогла. А тебе приходилось убивать кого-нибудь, кто не пытался убить тебя?

Я посмотрел на носки своих туфель.

– Дважды, – тихо сказал я. – Я перерезал глотку Ллойду Слейту, чтобы стать Зимним Рыцарем. И…

Вспышка памяти. Разрушенный город, вой монстров и потоки крови. Всполохи света и оглушающих взрывов магии, рвущей на части и камни, и воздух. Пыль – повсюду. Сражающиеся, истекающие кровью друзья, теряющие надежду. Каменный алтарь, покрытый толстым слоем засохшей крови. Перепуганная маленькая девочка, моя дочь. Предательство.

Губы, прижавшиеся ко лбу женщины, которую я собирался убить.

О Боже, Сьюзен, прости меня.

Я ничего не видел из-за тумана в глазах, а горло сжималось так, словно Красная Шапка снова душил меня шелковой лентой; но я заставил себя продолжать:

– А еще я убил женщину по имени Сьюзен Родригес на каменном алтаре, потому что если бы я этого не сделал, маленькая девочка и множество хороших людей погибли бы. Сьюзен тоже это знала.

Я вытер глаза ладонью и прокашлялся:

– А каковы были условия твоей сделки с Мэб?

– Пока я в себе, пока пребываю в здравом уме, по ее вызову я поступаю в ее распоряжение на три месяца каждый год. Каникулы были, пока я училась в школе. Есть также и выходные, исключая последнее время. Забота о тебе – за нее я получу месяцы и месяцы отпуска.