Холодные финансовые войны полностью

Однажды, по завершении очередной войны, возникшей из-за столкновения экономических интересов, ведущие мировые корпорации пришли к выводу, что войны обходятся им слишком уж дорого. И поэтому реальные боевые действия были заменены инсценировками, в которых не погибал никто. Некоторое время это срабатывало, но все же однажды снова начались убийства, пусть и единичные. И тогда в отношения между корпорациями попыталось вмешаться правительство...

Том Мозер слыл очень осторожным человеком. Да, его друзья были правы, и он не мог не признать этого: грезя наяву о героических подвигах и дерзновенных деяниях, он был исключительно осторожным человеком. А потому никто даже не удивился, когда он вдруг начал преуспевать, хотя многие изумлялись, узнав, что предусмотрительный Мозер оставил насиженное местечко в корпорации и занялся собственным бизнесом. Не будь успех гарантирован изначально, он бы с места не тронулся.

Но в глубине души Том Мозер остался мечтателем. Он грезил о риске и приключениях. Представлял себя секретным агентом. Шпионом. Поскольку же в реальной действительности у него не хватало для этого ни решимости, ни отваги, он утешался мыслью, что независим и имеет свой собственный бизнес. Ибо Мозер был брокером по купле и продаже информации, в том числе и секретной. Это согревало ему душу.

Рабочий день Мозера начинался в шесть утра – за целых два часа до появления в офисе самых ранних пташек из числа его служащих. Ему не было в тягость вставать так рано, поскольку офис был при доме. В сущности, Том мог проходить в свой кабинет прямо через кухню. Тем не менее он никогда не появлялся на работе в домашнем виде. Это было для него так же немыслимо, как, например, выйти из квартиры в нижнем белье. Офис – это, в его понимании, совершенно особый мир, мир бизнеса и грез, тогда как квартира – это всегда просто дом.

Переступив порог, разделявший эти два мира, любой человек чисто физически ощутил бы разницу. В квартире у Мозера было приятно тепло, семьдесят восемь градусов по Фаренгейту, в офисе же всего шестьдесят семь – свежее и бодрящее ощущение легкой прохлады создавало рабочее настроение. Жена Тома обставила квартиру в неброском и удобном раннеамериканском стиле, украсив ее лишь несколькими изящными и полезными в быту антикварными вещицами, но офис – офис поистине был предметом его гордости, его счастьем и воплощением грез.

Попав в офис Мозера, посетитель словно ступал на борт межпланетного корабля из безумно дорогого голливудского фильма. Будучи весьма экономным в обустройстве собственной квартиры, Мозер расточительно тратил деньги, когда дело касалось офиса. Электронные дисплеи с модемами для приема сообщений по телефонной сети, устройства для записи и хранения поступающей информации громоздились одно на другом по всем стенам от пола до потолка, так что места живого не оставалось. Самые немыслимые, невероятные электронные штуковины – но практически все они действительно требовались ему для работы, во всяком случае он так считал.

Мозер был просто одержим работой, и, как только стрелки передвигались на цифру шесть, он уже был на месте. Однако от своих служащих подобного рвения он не требовал. Более того, он не поощрял слишком ранний приход на работу. Эти два часа до начала рабочего дня принадлежали только Мозеру, они были нужны ему, чтобы собраться с мыслями, спланировать день. А главное, они предназначались для его тайной страсти, для его увлечения.

Этот день начался так же, как и все другие. Не зажигая верхний свет, Мозер прямиком прошел к двум первым дисплеям и, включив их, принялся внимательно изучать высветившуюся информацию. На первом дисплее был распорядок дня, составленный самим же Мозером. Кое-какие пункты он продиктовал в память компьютера через настольный микрофон, другие передал по телефону из дома или прямо с улицы, с ближайшего таксофона, если мысль осеняла его в дороге. Он проделывал это при помощи специального переносного терминала, идентичного тем, которыми пользовались его полевые агенты. При этом Мозер неизменно испытывал некий тайный трепет, холодок восторга, хотя передаваемая им информация, как правило, была самого заурядного свойства.

Вот и сегодня строки, как всегда, были скучными и унылыми. НАПЕЧАТАТЬ ПЛАТЕЖНЫЕ ВЕДОМОСТИ… РАЗОБРАТЬСЯ С ТЕЛЕФОННЫМИ СЧЕТАМИ… ПОГОВОРИТЬ С МИСС УИТЛИ ОТНОСИТЕЛЬНО ЕЕ УВЕЛИЧИВАЮЩИХСЯ ЗАДЕРЖЕК ВО ВРЕМЯ ЛЕНЧА… Дочитав до конца, Мозер невольно вздохнул. В бульварных романах шпионам не приходится разбираться с телефонными счетами. Подобные мелочи самым чудесным образом улаживают либо волшебные феи, либо невидимые и безымянные клерки. Главные же герои в это время развлекаются в шикарных казино, где красотки гроздьями вешаются им на шею, а таинственные незнакомцы пытаются их убить.