– Тиран, – пробурчала Ольга, едва заметно улыбнувшись. – Я взяла конверт за верхний правый уголок, открыла, достала единственный лист, развернула и прочитала. «Сады души» Гумилева, с подписью. Вырвано из книги, неаккуратно. После этого я сложила лист, убрала в конверт, надела туфли и сбежала из дома. Сюда приехала на Михаиле. На его машине. В машине то есть. И все заляпала, потому что перчатки забыла.
«Значит, Шабалин предложил сам пойти в театр, и именно когда убийца назначил там свидание. Опять же, косвенная улика. Возможно, – просто совпадение, потому что если я знаю, что Ольга любит театр, то и Шабалин, конечно, знает об этом. Но эти совпадения надоели мне до чертиков! Почему их нельзя пришить к делу? Идешь такой к судье и говоришь: товарищ, а вот у подозреваемого сестра и мать на убитых похожи, ну точно же он виноват. И судья такой: да вышку ему! А за то, что театр любит – две. Зануда? Ну, тут еще и контрольный, на всякий случай».
– То, что лапала, – естественная ошибка. Исключим твои отпечатки, и нет проблем, – заметил он вслух, сам натягивая кухонные перчатки. – Так, что у нас тут… кошку держи! А то подумает, что это ей принесли, и сожрет. Или раздерет. Или обслюнявит. Так. Конверт самый обычный, для открыток, в любом канцелярском отделе купишь за копейку. Нет чтобы как в книге, где что ни предмет, то улика. Несознательный псих. Вот что мешало убийце взять конверт толстой кремовой бумаги с каким-нибудь красивым тиснением, которая продается только штучно и по предъявлении паспорта? И лист… Оля, на что спорим, что не свою книгу испоганил, а или библиотечную, или магазинную? Жадина. Завтра же заставлю кого-нибудь пройтись по магазинам и проверить все издания, где есть Гумилев, подходящего размера. Тут даже номер страницы есть, удобно. И подпись. Не Гумилева, хм. «Скульптор». Забавно, а я уж готов был называть его Артистом.
Лишняя болтовня отвлекала Ольгу от содержания и сути, концентрируя внимание на мелочах, фактуре. Помогала не бояться, потому что бояться известного сложнее, чем чего-то непонятно-жуткого. К убийце это тоже относилось. Нечто жуткое и таинственное, маячащее в сознании – одно, а скупердяй, которому жалко портить свою книгу, – другое.
– Подпись отпечатана на машинке, – добавил он. – Значит, если найдем машинку, найдем и того, кто печатал. Конечно, это снова косвенная улика – закон не запрещает посылать девушкам стихи, – но все же улика. Если, конечно, это кто-то из знакомых не решил пошутить?
Ольга, чуть не поперхнувшись чаем, отчаянно замотала головой, и в это Дмитрий решил поверить тоже. Такой знакомый мало того что должен знать все от и до, чтобы так вот угадать, так еще и отличаться очень специфическим чувством юмора. Например, вот как псих-убийца. Но на всякий случай…
Он аккуратно сложил письмо, положил на конверт, а сам присел рядом с девушкой.
– Оля, ты же никому ничего об этом всем не рассказывала? Я не обвиняю, но спросить обязан.
– Нет, конечно. Даже родным ничего не говорила, зачем им волноваться?
– Совсем никому? – уточнил Дмитрий. – Мне же вот рассказываешь.
Ольга допила чай и отставила чашку.
– Так это же на работе. На работе – конечно, как же без этого? Но только с теми, с кем положено. Про допуски к информации я понимаю. – Она помедлила. – Как и то, что мне она достается сейчас вне допусков. Спасибо, честно. Но я не понимаю. В прошлую встречу походило на то, что мне вообще не полагается информации.
Вопроса тут вроде как не было, но Дмитрий все равно его понял и вздохнул. Ответить все же стоило. Но как только он открыл рот, снова зазвонил телефон.
«Нет, определенно социально богатый вечер».
– Слушаю.
– Тащ майор, тут по поводу ваших панков звонили! – затараторил дежурный сержант. – Заехали за вашей девчонкой и в город поехали. Подобрали еще одну и махнули на кладбище. На то, где капитан трупы выкопал. Вот молодежь пошла! Так чего, посылать туда?..
– Посылать, – решительно ответил Дмитрий, уже прикидывая, сколько туда ехать. – И ждать меня. Пока не приеду – ничего не делать, разве что они там убивать начнут. Или убиваться.
Бросив трубку, он сорвал с вешалки куртку и только тут вспомнил про Ольгу. Девушка, поймав взгляд, кивнула. Вроде бы спокойно, но Дмитрий видел, что руки у нее снова начали подрагивать. Ольга аккуратно ссадила с коленей недовольно мяукнувшую Ксюшу и поднялась.
– Я слышала. Что ж, поеду обратно. Надеюсь, Михаил меня не прибьет за эти разъезды. Ой. А он ведь тебе там нужен будет? Тогда я такси вызову.
Видно было, насколько ей не хочется возвращаться туда, куда подбрасывают стихи, особенно ночью, и Дмитрий эти чувства вполне понимал. И решение, в общем, напрашивалось.
– Оставайся, – твердо сказал он. – Чего ночью мотаться, маньякам на радость? Постелешь на диване, белье и одеяло прямо под ним, когда раскладывать будешь, увидишь. Если там все, как думаю, я все равно вернусь только к утру, так что спать тебе не помешаю. А так ты хоть за кошкой проследишь, чтобы квартиру не разнесла. Договорились?
– Но я… – растерянно начала было Ольга, но Дмитрий не дал договорить.
