– Я хочу, чтобы вы были настроены серьезно, ребята, – сказал Стась. – Иней – самая большая внутренняя опасность для человечества за все время галактической экспансии. По сравнению с Инеем даже католический джихад или Лига Вырождения – не более чем мелкие социальные отклонения. Не бойтесь – страх приводит к панике. Но опасайтесь. Всегда. Каждую минуту. Садясь на стул, будьте готовы к тому, что он сломается под вами. Здороваясь с человеком, не удивляйтесь, если его рука превратится в зубастую пасть. Запомните, на Новом Кувейте вы можете доверять только друг другу.
Я кивнул.
– Особенно это касается тебя, Лион, – негромко, с извиняющейся ноткой, добавил Стась.
Лицо Лиона посерьезнело.
– Я понимаю. Я… я ничего лишнего не скажу. Даже маме.
Стась мгновение смотрел на него, потом кивнул:
– Хорошо. Иди одевайся.
Когда Лион убежал в спальню, Стась снова повернулся ко мне:
– Как бич?
Вместо ответа я поддел пальцами пояс на джинсах. Пояс как пояс, серебристый, металлизированный. И застежка в виде змеиной головы.
– Пойдет, – согласился Стась. – Сам закреплял?
– Да. Это просто, надо только представить, чего хочешь…
Стась кивнул, и я замялся. Кому я рассказываю, как управлять бичом? Настоящему фагу!
– Надеюсь, ты не делал с ним глупостей? – спросил Стась.
– К-каких? – растерялся я.
День назад я экспериментировал, проверял, что бич может разрушить, а что – нет. Оказалось, что деревянные палки он разбивает в щепу без всякого труда, сантиметровый стальной прут может согнуть, а в стекле легко прогрызает дырки.
– Главной глупостью была бы попытка вложить в бич главную батарею, – объяснил Стась. – Тогда мало-мальски приличный детектор обнаружит, что это оружие.
– Нет, не вкладывал. Откуда мне ее взять?
– Бич – оружие универсальное. Он приспосабливается к различным источникам питания. В случае необходимости в него можно вложить любую мощную батарею, например от пылесоса или бытовой дрели. Хватит ее ненадолго, но два-три разряда бич выдаст.
Стась улыбнулся и едва заметно подмигнул.
Я чуть не завопил от досады. Значит, можно было поиграть с бичом по-настоящему!
– Иногда подобные импровизированные батареи спасали фагам жизнь, – продолжил Стась. – Но в твоем случае они станут смертельной опасностью.
Я кивнул.
– Тиккирей, я могу рассчитывать на твое благоразумие? – спросил Стась.
– Можете…
– Вот и славно.
Появился Лион. Вопросительно глянул на Стася – тот кивнул:
– Все, пора. Идемте, ребята.
К космопорту фагов мы ехали больше часа. Ни про Иней, ни про Новый Кувейт мы больше не говорили. Вместо этого Стась рассказывал про Авалон, про его колонизацию, про времена Первой Империи и Междуцарствия, про историю освоения северного материка, про эндемичную природу Авалона, сохранившуюся только в заповедниках.
– Сейчас такой колонизации уже не проводят, – объяснял Стась. – Ставят опорную станцию, гарнизон, строят космопорт и начинают точечную биологическую зачистку. Проходит минимум пятьдесят лет, прежде чем планета терраформируется, зато никаких неожиданностей, никаких злобных чудовищ, которые вначале тебя пожирают, а потом помирают от отравления инопланетным белком. Авалон колонизировали на ходу, вокруг Камелота уже цвели яблоневые сады, а дальше шло кольцо биозачистки. И даже когда зачистили большую часть суши, в океанах еще жила эндемичная фауна. Сейчас она осталась лишь в Историческом Море, которое отгородили от океана дамбой. Конечно, ковёрных скатов или китов-тральщиков там не встретишь, но это и к лучшему…
– Я раньше хотел стать биологом, терраформировать планеты, – сказал Лион.
– Хорошая работа, – согласился Стась. – Уже не хочешь?
Лион покачал головой:
– Нет. Все-таки пилотом быть интереснее. Только я не хочу летать на корабле с расчетными модулями.
– Когда ты вырастешь, их, надеюсь, уже не будет, – ободрил его Стась. – Если гель-кристаллические процессоры окажутся удачными, то они заменят людей.
И он стал рассказывать про технику. Может, ему и впрямь было интересно о ней поговорить, но мне показалось, что он просто нас успокаивает.
Почему взрослые всегда больше боятся за детей, чем за себя?
У въезда Стась показал свое удостоверение, и нас пропустили на взлетное поле. Тут стояло десятка два кораблей, в основном маленьких, но среди них был и настоящий военный крейсер, и большой десантный корабль. Такие уж точно не могут летать в каналах без расчетных модулей… но я не стал спрашивать Стася. Я не маленький. Я все понимаю.
Машина подъехала к кораблю – такое же блюдце, покрытое серой керамической чешуей, как и у Стася. Наверное, это самый распространенный тип кораблей у фагов.
Пилот стоял у открытого люка. Он был старше Стася, но поздоровался первым, и мне показалось, что Стась главнее.
– Вот и твои подопечные, – сказал Стась.
– Здравствуй, Тиккирей. Здравствуй, Лион. – Пилот поздоровался с нами за руки. – Меня зовут Сянь Тьен.
Возникла какая-то неловкая пауза. Время, наверное, еще было, и уезжать Стасю не хотелось, но все уже было сказано.
– Стелс-капсула в порядке? – спросил Стась.
