— Я надеюсь, что будешь, — серьезным голосом ответил он, — потому что ты делаешь нас обоих лучше. И тебе это нравится. Ты — мой последний шанс стать лучше. Видишь? Я открыл тебе глаза на кэпа. А мог бы и не открывать.
— Пора идти, — вырос над нами Кай.
Я ухватилась за предложенную руку и поднялась, но не выпустила его пальцы, а, наоборот, удержала. Кивнула на Бизона.
— Пусть идет с нами.
— Что?! — скривился Кай.
Я вздохнула.
— Он развязал нас. А мог бы этого не делать. Мог бы удрать в кусты, как тот протурбиец, а мы бы остались тут дожидаться волчьего племени.
Кай смерил бритоголового презрительным взглядом.
— Он бы далеко не ушел в таком состоянии.
— Но мог бы попытаться! — возразила я. — Мы бы остались привязанные тут, и дикари, возможно, выместили бы на нас все зло за его побег.
Кай отвернул голову к плечу. Его лицо стало недовольным.
— Он впервые сделал что-то хорошее! — я пожала его руку. — Он нас не бросил, как в прошлый раз!
На скулах Кая заиграли желваки.
— В прошлый раз он бросил тебя. Я мог бы остаться. Тебя, белоснежка! И ты не учишься на своих ошибках?
— Я… — я понимала, что переступаю через себя, но не могла иначе, — я надеюсь на лучшее.
Резким движением Кай выдернул руку из моих пальцев.
— Пусть идет, — сердитым голосом бросил он. — Только если отстанет — его проблемы. Никто на себе его не потащит.
Бизон словно только этого и ждал. С трудом поднявшись на ноги, он проковылял мимо меня вслед за удаляющимся Каем и пробормотал на ходу:
— Бойся своих желаний, мелкая. Он выполнит их все.
Я только руками развела. В итоге еще и виноватой осталась! Но выяснять отношения дальше мы не могли. Пришлось стиснуть зубы и присоединиться к парням.
Подгоняемые страхом погони, мы едва ли не кубарем скатились с холма. Постоянно озираясь, углубились в лес. Пожалуй, так плохо мне было, только когда мы умирали от жажды и тащили носилки с Катей. Бессонная ночь, нервное и физическое истощение отнимали последние силы. А ведь надо было двигаться, и не просто идти — бежать, чтобы скорее убраться подальше с земель волчьего племени.
— Почему Тхассу не предупредил нас, что тут живут дикари? — вспомнила я давно наболевший вопрос.
— Тхассу давно не пересекал реку. Он знает только свою территорию. Все остальное — по слухам, — процедил Кай.
— Подождите! — простонал за спиной Бизон. — Не так быстро!
— Ему нужно обработать раны, — заметила я, — он потерял много крови.
Внезапно Кай остановился, как вкопанный. Я посмотрела ему под ноги и вспыхнула от радости:
— Наши вещи!
В траве валялся нетронутый мешок. Дикари не распотрошили его то ли из брезгливости, то ли по какой-то иной причине. Значит, мы уже вернулись на прежний путь? Кай присел, развязал горловину, порылся внутри. Выпрямился и швырнул Бизону какой-то предмет. Бритоголовый едва успел подхватить то, что ударило его по груди. Я тоже взглянула. Аптечка!
— На! — у меня в руках оказалась бутылочка с настойкой. — Пей.
Жажда мучила давно. Я приложилась к горлышку и осушила все до дна. Кай протянул еще бутылку, на этот раз с простой водой.
— Еще.
Вторую порцию я проглотила наполовину. Больше не влезло. Кай вырвал бутылку, швырнул ее на землю под ноги Бизону. Завязал узел с вещами.
— Пойдем.
— Спасибо, кэп, — с раболепной улыбочкой бритоголовый схватил воду, начал жадно пить.
— Куда мы пойдем? — обратилась я к Каю.
— Дальше.
— Дальше — это к хвостовой части?
— Да.
Он отвечал резко, отрывисто, взвалил на плечо вещи и пошагал. Я едва догнала, коснулась плеча.
— Кай…
— Если ты передумала и хочешь вернуться к Тхассу, то поздно, белоснежка, — со злостью вдруг обернулся он, — я не поведу Бизона в такое райское местечко. Не проси.
— Я и не собиралась… — растерялась я, — всего лишь хотела спросить, когда сможем сделать привал?
— Когда будет безопасно.
На этом разговор закончился. Кай не собирался ждать. Я побрела за ним. Бизон, засунув аптечку подмышку, ковылял рядом. На ходу он, естественно, не мог воспользоваться ни бинтами, ни дезинфицирующими средствами, поэтому лекарства в его руках выглядели как кость перед носом голодной собаки.
Чуть дальше мы нашли рюкзак Бизона. Я хотела поднять, но Кай остановил:
— Брось. Ты его не унесешь. Свалишься.
— Но там же вещи!
— Придется чем-то жертвовать.
Я схватилась за шкуру.
— Тогда возьму хотя бы это! Моя куртка куда-то делась.
Он смерил меня равнодушным взглядом, пожал плечами.
— Валяй.
— Кай… — из последних сил я ускорила шаги, чтобы поравняться с ним, — если ты так сердишься на меня, почему тогда разрешил Бизону идти? Мог бы отказаться.
Он с раздражением выдохнул.
— Лучше я буду сердиться на тебя, чем ты — на меня.
Я поморгала, а потом едва не фыркнула.
— Что? Что ты такое сказал?
Но пояснить Кай не успел. Издали донеслись разъяренные крики.
— Похоже, дикари обнаружили пропажу, — выдохнул он и схватил меня за руку. — Бежим!
