Ему бы тоже хотелось остаться чуть дольше, чем на одну ночь здесь. Но обязанности капитана не позволяли ему задерживаться. Однако и того, что получил Дэвид сейчас – было более, чем достаточно. Здесь, на этой благословенной земле, он ощущал себя дома, он чувствовал особую силу.
Появившиеся словно из ниоткуда мужчины поставили перед Дэвидом и собравшимися подносы, наполненные рисом, кусками мяса и нутом.
– Плов? – удивился Дэвид и рассмеялся. – Когда вы только успели приготовить его!
– Мы ждали тебя, – отозвался тот самый мужчина, который встречал герцога на берегу.
Ужин показался Диане самым вкусным из того, что она ела прежде. Специи, рис, вкусное, тающее во рту, мясо, и девушка, удивляясь самой себе, съела целую чашу плова. Вдоволь насытившись, девушка сполоснула пальцы в чаше с водой, а потом вернулась в уютное местечко – в объятия мужа. Вот теперь Диана почувствовал усталость. Но уходить совсем не хотелось. Хотелось сидеть возле огня, слышать шелест пустыни, вдыхать запах костра и слушать мелодичные голоса присутствующих.
Все это стало сладкой колыбелью для Дианы, и девушка, как бывает после дня, наполненного яркими впечатлениями, незаметно уснула. Сон её был безмятежным, и продлился бы до самого утра, если бы не шум, ворвавшийся в сознание Дианы.
Испуганно распахнув глаза, она увидела, как на территорию лагеря ворвалась группа всадников…
Норовистые кони, почти все гнедой масти, подняли вокруг себя облако пыли. Исключением среди них было белоснежное животное, на котором сидевший всадник, что-то громко крикнул в сторону Дэвида.
Диана испуганно сжалась. Её дрожащие пальцы вцепились в плечо мужа. Сердце девушки торопливо забарабанило в груди, а затем и вовсе – на несколько секунд, остановилось. Кто эти люди? Что им нужно? Эти мысли болезненно запульсировали в разуме Дианы, который пока еще не до конца скинул оковы сна.
Дэвид, покровительственно положив горячую ладонь на плечо жены, обратил на всадника, восседавшего на белом коне, пронзительный взгляд, а затем ответил ему – так же громко, как секундами ранее тот обратился к нему:
– Ты слишком задержался в этот раз, мой брат.
– Увы, у меня нет крыльев, – отозвался незнакомец, ловко спрыгивая с коня. И хотя ответил он по-английски, в словах явственно ощущались восточные нотки, которые, впрочем, придавали особое очарование его речи.
Брат? Диана, ощущая невероятное облегчение, выдохнула.
Вслед за мужчиной, остальные всадники начали покидать своих коней. В лагере возникло оживление – и теперь его обитатели приветствовали новых гостей и усаживали их вокруг костра – места хватило всем, впрочем, как и плова.
Незнакомец шагнул к Дэвиду – тот, поднявшись, заключил его в крепкие объятия. Мужчины о чем-то приглушенно заговорили, затем, взгляд незнакомца устремился на Диану. Какой это был взгляд! Колючий, без капли мягкости или дружелюбия. Глаза этого человека были черными, как самая темная, безлунная ночь, лицо – одни острые углы, несло в себе отпечаток жесткости и неуступчивости. И было как-то странно наблюдать, когда мужские губы, вдруг, изогнулись в подобии улыбки, и послышалось почти вежливое:
– Поздравляю. Добро пожаловать.
– Это – Фарид, мой двоюродный брат, – пояснил Дэвид, вставая рядом с Дианой, и помогая той подняться на ноги.
Как она была рада руке мужа! Обхватив её пальцами и, наконец, ощутив спокойствие, девушка ответила на приветствие:
– Благодарю вас, Фарид.
Он, задержав на её лице испытывающий взгляд, сказал:
– У моего брата отменный вкус. Надеюсь, скоро у тебя появятся наследник.
– Фарид, – резко осек его Дэвид. И хотя лицо герцога по-прежнему было дружелюбным, взгляде его изменился и стал острее.
– Прошу простить меня, – Фарид перевел взор на Дэвида. – Я не хотел обидеть тебя и твою жену.
Приняв извинения кивком головы, герцог вновь уселся возле костра. Раскрыв свои объятия, он дождался, когда Диана удобно разместится рядом с ним, и только после этого – как и подобает настоящему собственнику, плотнее укрыл её шалью и прижал к себе. Диана была только рада этому – здесь в спасительных объятиях любимого, она ощущала себя защищенной. Её совершенно не интересовал начавшийся разговор между мужчинами, однако сон был изгнан, и девушка – хотела этого или нет – слышала о чем велась беседа.
Амина, на миг сжав в объятиях Фарида, сходила за кофе для него и его воинов. А то что они были воины, Диана поняла почти сразу. И предположения её утвердились, когда девушка заметила сабли, висевшие на поясах мужчин. С кем они воевали? На чьей были стороне? Все это оставалось загадкой для Дианы.
Мужчины говорили, смешивая английскую и восточную речь. Общение их было наполнено смехом, громкими возгласами и тихим, едва различимым шепотом. Они обсуждали дела на востоке, недавний шторм в Индийском океане и положение людей в Марокко – теперь, после того как Наполеон был низвергнут, влияние французской армии на севере Африки стало стремительно ослабевать, и это имело свои последствия.
