— Я этого не знала. Попался. Он попался. Нам понадобится время, чтобы сотворить нужные заклинания…
— Его не будет две недели, ‑ сказала ей Даджа. ‑ Даже больше, он говорил, если погода будет плохой.
— Я знаю, что его нет, ‑ сказала Хэлуда. ‑ Я использую это время, чтобы завести на него дело. ‑ Она снова запаковала железный брус, и поместила в свою кожаную сумку, затем выпрямилась и посмотрела на Даджу: ‑ Можешь обсудить это с Фростпайном, если хочешь, но прошу, больше ни с кем. Ты же знаешь, как быстро расходятся слухи.
Даджа кивнула.
— Мне заставить тебя поклясться…? ‑ спросила Хэлуда, затем покачала головой. ‑ Ты будешь держать язык за зубами. Я оставила сообщения у южных ворот и в Доме Ладрадун, которые гласят, что я хотела бы поговорить с ним, когда он вернётся. Всё заурядное, никаких поводов для волнения. Если увидишь его до того, ничего не говори. Его мать — могущественная и богатая женщина. Она вполне может и помочь ему сбежать, хотя бы ради того, чтобы защитить семейное имя. Мы должна быть очень осторожны.
— Я буду осторожна, ‑ прошептала Даджа.
Хэлуда подошла к ней, и положила ладонь ей на плечо:
— Мне жаль, ‑ сказала она. ‑ Поговори с Фростпайном, но убедись, что никто больше не услышит. ‑ Она подняла свою сумку, поморщившись: ‑ Я дам тебе знать, когда смогу. ‑ Она ушла не попрощавшись.
Чрезвычайно глупо вышло. Бэн и его эскорт добрались до первой гостиницы на имперской дороге вскоре после заката. Они отправились дальше на следующий день, но встретили свой караван в часе пути от путевой станции.
— Вы не поверите, ‑ сказал Бэну бригадир, когда они направились обратно в Кугиско. ‑ Дороги на запад были почти нараспашку — никто не помнит более мягкой зимы. Нам только один раз пришлось выкапываться, на повороте рядом с Тислдаун, где очень сильный ветер.
— Не могу сказать, что я разбит горем, ‑ заставил себя беззаботно произнести Бэн. ‑ Вы сэкономили мне время на поездку. ‑ И возможность поэкспериментировать в Измолке, где ему не нужно было бы так осторожничать. Это его злило, но он также подумал о своём следующем уроке для Кугиско. Ему приглянулся Корабельный Остров, но были и другие хорошие места, некоторые даже лучше.
Он гадал, сколько человек погибло, когда сгорели бани. Он знал, что без его руководства пожарные потеряют много окружавших бани зданий и их жителей. Возбуждение от того фонтана огня и дыма прошло так быстро, и он не видел результатов вблизи. Через один или два дня он взглянет на останки, но это уже будет не то. Ему нужно было что-то другое. Что-то, где он сможет всем им показать, из чего он скроен.
Они провели ночь в путевой станции за стенами Кугиско. Ни один из возчиков Ладрадунов этого не сказал, но все они хотели провести последнюю ночь в тишине, прежде чем им придётся иметь дело с Моррачэйн. Следующим утром на Воротах Сурос они махнули охране, и проехали бы внутрь — очереди не было, был Водный День, — если бы не сержант, которая подбежала к Бэну, размахивая бумагой.
—
Хэлуда Солт. Что-то холодное пробежало у Бэна по загривку, когда он открыл и распечатал записку. Её содержимое было довольно невинным:
«Что ж!» ‑ довольно подумал он. Маг, которая не думала, что её заклинания покажут всё, что ей нужно знать — по его мнению, это было необычным. Она также открыла ему возможность, шанс повести её расследование по ложному следу.
Наполовину отвлечённый своими планами, Бэн сопроводил караван на склад, и наблюдал за ними, пока это ему не наскучило. Он бросил ключ бригадиру, приказав запереть здание и вернуть ключ на следующий день, затем поехал домой. Была ещё только середина утра; довольно пусты были не только улицы — его мать сейчас будет в храме, предоставив ему редкую возможность побыть одному.
Добравшись до Дома Ладрадун, он позаботился о своём коне, проклиная нежелание его матери задерживать на Водный День хотя бы одного слугу. В доме было темно и тихо. Моррачэйн никогда не оставляла гореть даже одну лампу, когда в доме никого не было. Бэн остановился на кухне, чтобы набрать в миску углей, чтобы зажечь лампы в своём кабинете и огонь в печке.
