фанфик к "Наруто"
Я увидел этот странный след. Рыжая полоса. Точно слизень прополз. Любопытно. Свернуть с дороги и ломануться напрямик сквозь топь для сколь-нибудь обученного шиноби не сложнее, чем идти по воде. Так что я довольно быстро вышел на след странной чакры и пошел в ту сторону, где было темнее и гуще от странного следа.
К тому моменту, когда я нагнал его, уже вечерело. Медленным, спокойным шагом, спрятав чакру, я вышел в освещенный круг костра, чтобы увидеть его и какую-то девушку со странной чакрой.
- Добрый вечер, странник, - сказал он мне, когда молчание стало слишком явным.
Я задумался. Из всех дзинтюрики только один не носит повязку. И вроде бы нет юношей-ровесников.
- Здравствуйте, Утаката.
Он ощутимо напрягся. Я заметил, как из его тенкетсу начинает сочится рыжая чакра. Вот оно что. Когда он злится, сила Биджу выступает на свет в большей степени.
- Черные волосы, красные глаза. Что Учихе требуется от меня?
Не дожидаясь согласия, я сел напротив него.
- У Учих на радужке запятые. У меня они могут быть разве что на одежде. Я Хаку - и добавил, увидев, что он не понял намек про одежду - Я ношу имя рода Юкки.
- Что Кири понадобилось от меня?
Полыхнуло чакрой. Агрессия? Впрочем, некогда думать о причинах подобных физиологических реакций. Надо отвечать на вопрос.
Удивительная эмоциональность, все же. Интересно, Ягура был столь же несдержан?
- Пока ничего, насколько я знаю - Я пожал плечами - Во всяком случае, я не получал никаких указаний об охоте на тебя. - и я не удержался, увидев его недоуменное лицо - просто глупо идти вдоль восточного побережья огня, учитывая, что здесь частенько появляются сенсоры.
- Тогда зачем пришел?
- Глупый вопрос. Я никогда не видел джинтюрики. Вот, захотелось посмотреть. Не беспокойся. Вряд ли я свяжусь с родиной в ближайшие пару месяцев. Я сейчас вообще не на службе Тумана. Во всяком случае, не прямо.
Утаката молчал. Я, впрочем, помалкивал тоже. По большому счету, мне не о чем было с ним говорить. Любопытство свое я по большей части удовлетворил, так что удерживала меня у костра в первую очередь ночь. Несмотря на мои глаза, предпочитаю ходить днем.
Утаката посовещался с девушкой, после чего та пошла спать. Мы оба сидели по разные стороны костра. Стоило мне полезть в мешок, беглый дзинтюрики напрягся, но, увидев, что я достал, расслабился.
- Что ты делаешь?
- Плету браслетик из веревочек, пропитанных моей чакрой.
- Как там, в Кири?
- Так себе - честно ответил я.
Рука Утакаты, когда он поправлял свою знаменитую на весь архив Тумана дудочку, чуть дрогнула. Боится потерять?
- Некоторые кланы уничтожены - продолжил я - другие, как Юкки, на грани вымирания. С гибелью Ягуры сохранить Треххвостого удалось больше чудом, чем чем-либо еще.
- Что случилось с Ягурой?
- Мэй - ответил я.
- Мэй?
- Да, Мэй - не найдя проблесков понимания в голосе Утакаты, я решил обьяснить - Теруми Мэй, нынешняя Мизукаге, была одним из предводителей мятежа. Опережая твой вопрос, если ты интересовался делами Кири меньше захудалого чунина Песка, отвечу, что недавно в Кири закончилась гражданская война.
- Ты так красочно описал ужасы положения Киригакуре, что так и хочется спросить, а почему ты сам не в повязке?
- Дела клана. Знаешь, деревня не проиграет оттого, что несколько шиноби играют в охоту на тех, кто почти под корень вырезал их кланы. Мы просто истребляем отступников, не требуя награды.
- Я тоже отступник.
- Знаю. Тебя еще семь лет назад оценили в пять десятков лямов. Однако к уничтожению Юкки ты не имеешь никакого отношения. Так с чего мне тебя убивать? Тем более, вырвавшийся Рокуби окажется слишком близко от наших границ.
- Что ты имеешь в виду?
Я помедлил с ответом. Для большей драматичности даже ковырнул палкой поленья.
- Ты не задумывался, почем дзинтюрики не умирают на поле боя или от старости, а только лишь в результате переноса демона в другой сосуд? Ответ прост - если сосуд, например, человек, разрушается, Биджу вырывается на волю и начинает крушить все вокруг. Поэтому убийство дзинтюрики крайне не рекомендуется даже на вражеской территории. Можно сказать, это дурной тон - допустить высвобождение демона.
Когда Санби вырвался, он причинил лишь в два раза меньше повреждений, чем штурм дворца Ягуры с трех сторон, с применением всех великих мечей и прорвы убойных техник.
- Понятно - проговорил Утаката.
В дальнейшем, до самого сна, я не услышал от него ни слова.
Я второй день шел вместе с Утакатой на север. Тот, судя по всему, торопился уйти в страны Великого Хребта, и заодно избавиться от меня.
Перед ночлегом, когда мы снова сидели у костра, я заметил:
- Странная у тебя девушка.
- Она не моя девушка!
- Но очень хочет ей быть.
Утаката тихо кипел. Чакра Рокуби вытекала из него все более обильно.
- У нее очень странная чакра, ты знаешь? Словно бы искалечена какой-то техникой.
- Я не хочу говорить об этом - отрезал мой собеседник.
Достигнув следующего города, мы расстались. Я пошел на запад, Утаката куда-то на северо-восток. Кажется, в том направлении есть несколько портов и находится перешеек, по которому можно пойти в Облако.