Марго положила голову Генри на плечо и вдохнула запах сигарет, смешавшийся с запахом его одеколона от «Диор». Они медленно покачивались в такт музыки, не думая о том, насколько, наверное, глупо сейчас выглядят. Весь мир исчез, остались лишь они вдвоем и голос ирландского исполнителя. Генри покружил девушку под своей рукой и снова притянул к себе. Марго подумала, что, может, не все так и плохо? Может, Грант ее и правда любит, просто своей, немного странной любовью, в которой ссоры просто неизбежны? В конце концов, даже ее родители иногда ругались.
– I don’t deserve this. You look perfect today… – тихо пропел Генри на ухо своей девушке, отчего та тут же улыбнулась, глядя ему в глаза с неподдельной нежностью.
Последние звуки утихли, и прекрасный момент лопнул, как мыльный пузырь. Заиграл очередной хит, и в мозгу Марго запустился обратный отсчет до приступа головной боли: 3… 2…
–
–
–
–
–
–
–
–
Когда Генри вернулся в зал, четверки ребят из России уже не было. Уставшие, как будто после кардиотренировки, и с осипшими голосами, потому что подпевали песням вместе со всеми, они из последних сил бежали по коридорам навстречу свободе. Настя сбросила туфли и теперь несла их в руке, пока шлепала босиком сначала по холодному гладкому полу коридоров корпуса, а потом и по шершавому асфальту улицы, успевшему уже отдать воздуху все свое тепло. Никольская думала, что нужно было следовать совету подруги: не выеживаться и идти в кроссах или кедах.
Оставшееся время до перенесенного на целый час отбоя они собирались гулять по территории школы, только сначала нужно было ненадолго разбежаться по комнатам и захватить что-нибудь, что можно будет накинуть на плечи, чтобы не замерзнуть в вечерней прохладе. А еще дождаться, пока Никольская переобуется во что-то более подходящее. Показавшаяся недолгой прогулка (время всегда течет быстро именно тогда, когда хочешь поставить счастливый момент на паузу, чтобы он никогда не заканчивался) подошла к концу, и ребята снова вернулись на территорию кампуса. Максим и Настя зашли в первый блок, вторая парочка побежала дальше, в комнату Лаврова, держась за руки и смеясь.
Когда Саша закрыл дверь комнаты, Ира подумала, что примета с кривыми стрелками впервые подвела ее. Перед глазами вспышками промелькнули яркие отрывки этого дня. От красно-бордовой макушки Черного под ее окнами до рук Лаврова на ее талии в свете разноцветных огоньков во время медленного танца. Рядом с Сашей казавшаяся дурацкой школьная дискотека тут же стала лучшей вечеринкой лета, давшей заряд энергии на неделю вперед, даже несмотря на то что здесь и сейчас Ира испытывала тягучую приятную усталость.
Ее опасения, что все пойдет наперекосяк, напрасны. Это был просто чудесный день. Возможно, даже лучший с самого приезда в Дублин.
In Dublin next arrived, I thought it be pity
To be soon deprived a view of that fine city.
So then I took a stroll, all among the quality;
Me bundle it was stole, all in a neat locality.
Максим, как и все предыдущие разы, ушел, пока Настя еще спала. Он бесшумно вылез через окно и вернулся в свою комнату, оставив после себя лишь тепло на подушке и простыне. Настя проснулась и не обнаружила никого рядом. Это утро ничем не отличалось от предыдущих, стоило, наверное, уже привыкнуть к такому укладу и необходимости скрываться, но именно сегодня она почувствовала себя брошенной, одинокой и ненужной. Особенно после того, что было вчера. Ну чего ему стоило чуточку задержаться, чтобы улыбнуться и пожелать доброго утра? Ей для счастья было нужно совсем не так уж и много, лишь проснуться в объятиях самого лучшего парня на свете. Но не всем мечтам суждено сбываться.
Повинуясь какому-то внезапному иррациональному порыву, она потянулась за своими телефоном и написала Ире, которая точно уже не спала в это время.
Настя: Я больше не боюсь летать на самолетах.
Сообщение быстро оказалось прочитано, но ответа так и не последовало. Либо подруга забыла их разговор во время турбулентности и ничего не поняла, либо лишь притворилась, будто бы ничего не понимает. Так или иначе, сообщение повисло без ответа, и Насте оставалось лишь гадать, чем же подруга занята на другом конце кампуса.
