Два взвода таджикских солдат продолжали движение по ущелью. Строго-настрого было запрещено переговариваться, курить. Колонна двигалась почти бесшумно. Сумерки постепенно сгущались. Бойцы, которым в учениях предстояло исполнить роль условного противника спецназовцев, действовали точно так же, как поступили бы на их месте талибы. Скрытный бросок и выход ночью на намеченные позиции. Солдаты с тревогой посматривали на стены ущелья, нависавшие над ними. Но это была лишь обычная человеческая тревога перед сгущающейся темнотой, силами природы.
Тут на высоте раздалась короткая команда. Казалось, она пришла с самого неба. Полумрак расчертили трассеры. Огонь велся с обеих сторон ущелья, поэтому укрыться практически было негде. Люди метались в узком каменном мешке, падали за камни, вели ответный огонь. Но, как правильно заметили и подполковник Лаврухин, и майор Санридини, преимущество в высоте решает практически все.
Солдаты гибли один за другим. Темнота скрывала кровь. Крики раненых, стоны умирающих гулким эхом прокатывались по ущелью. Али поставил себе цель уничтожить подразделение. Вниз полетели гранаты. Сполохи взрывов озаряли мрачные скалистые склоны. Внизу все заволокло дымом. Остававшиеся в живых солдаты метались в дыму, сталкивались друг с другом. Тех, кому удавалось вырваться из этого удушливого облака, тут же брал на прицел снайпер.
Бойня длилась недолго, около четверти часа. Затем стало тихо. С обрыва вниз ударил свет мощного фонаря. Желтый круг прошелся по беспорядочно лежащим телам. Кое-кто из солдат еще шевелился, пытался ползти. Тогда Назар дал команду скатывать камни. Горы огласились грохотом. Катящиеся камни увлекли за собой осыпь, погребающую и живых, и мертвых.
