\- Скажи, Хованский, ты давно видел Ксению? Мужчина мгновенно напрягся. \- Яр, ты не туда свернул в разговоре. Ксения… Мама его сынишки. С которой он официально развелся три месяца назад. Потому что ушел к другой. Поступил он, конечно, так себе…Его оправдывало лишь одно — у них с Ксенией был брачный договор. Женились они не по большой любви. Точнее, вообще без любви. Переспали. Она забеременела. Решили расписаться. Всё. Ксюша навсегда останется частью его жизни. И он всегда будет о ней заботиться. Чтобы не происходило у него. \- Короче. Давно ты её видел? \- Две недели назад. Ему всё больше не нравился тон Лысакова. \- Говори уже. \- Я столкнулся с ней вчера в супермаркете. Она в очках была солнцезащитных, пыталась от меня отвернуться. \- Тааак… Юрий повернулся к другу корпусом, напрягаясь сильнее. \- Синяк у неё на скуле, Юрец. Замазанный, конечно, но… Сам понимаешь. Да, Хованский отлично понимал. \- Мне вмешаться? Юра потушил сигарету. \- Я сам.
Квартира пустовала.
Юрия никто не встречал.
Мужчина поставил кейс на пол и прислушался.
Лизы дома точно не было.
Весело…
Хованский усмехнулся. Как тут не вспомнишь анекдоты про мужей, что возвращались из командировок раньше положенного срока.
Только в их ситуации немного смещались акценты. Юрий и Лиза женаты не были.
Он достал телефон и набрал Лизу.
Гудок, еще один.
Она не ответила.
Мужчина выругался и дернул галстук, срывая его с шеи.
Раздражаясь все сильнее, он снова набрал номер Лизы.
На этот раз она ответила.
— Малы-ы-ыш, привет, — немного пьяным голосом протянула она.
— Ты где? — рявкнул Хованский.
— Я?
— Да, ты.
— Ой, мы с девочками в клуб пошли. Анж позвала. Ты же помнишь Анжелику Левачеву? Мы с ней учились вместе. Малыш, а что ты такой злой, а?
— Лиза, сколько раз я просил тебя не называть меня так?
— Все-все, — примирительно пропела она в трубку. — Не буду. По крайней мере, при людях. А ты мне по какой-то причине звонишь? Соскучился? Давай через пару часов созвонимся и поболтаем? Хотя нет, через пару я навряд ли освобожусь. И ты уже спать, наверное, будешь. Давай завтра, Юр? Во сколько у тебя рейс?
Неприятная мысль царапнула внутри — она даже не помнит время его вылета…
— Развлекайся, Лиз.
Он сбросил вызов. Смысла разговаривать дальше Юрий не видел.
Вот и вернись домой на сутки раньше… Тебя никто и не ждет.
По крайней мере, в этом доме.
Еще раз усмехнувшись, мужчина не разуваясь прошел в гостиную, подошел к бару и налил себе вискаря. Выпил не поморщившись. Мимоходом отметил, что в комнате не прибрано. Пеньюар брошен, грязный стакан из-под вина стоит на журнальном столике, и тапочки разбросаны по комнате.
Н-да. Ждем фею чистоты? Самим влом убираться?
Не будь он раздражен, не обратил бы внимания на подобные мелочи. Сейчас же злило все.
Хорошее настроение от удачной сделки испарилось.
Сегодня пятница. Народ отдыхает. Его парни тоже.
У них была традиция — собираться в кальянной. Кто сможет. Кто придет. Есть возможность выбраться — всегда рады видеть. Традиция появилась еще в студенческие годы. Приглянулось компании друзей одно заведение, тихое, немногочисленное. Только-только открывшееся, с приятным антуражем. Им зашло. Впоследствии хозяин, быстро оценив, какие гости к нему заглядывают, сделал заведение неким клубом для избранных. С улицы попасть в него практически нереально. Лишь по рекомендации.
Юрия такой расклад устраивал. Никого лишнего.
Он быстро сполоснулся и переоделся. Негатив продолжал плескаться в крови. Хованский рассчитывал на бурную встречу с Лизой, на долгую ночь, а что в итоге?..
Он вышел из спальни и снова посмотрел на грязный стакан. Все же раздражает.
Парни в кальянной встретили его бурно.
— Ого, Хованский, кого не ждали!
Он присел за столик и сразу же подозвал официанта.
— Ты чего такой хмурый? У тебя же, по сути, медовый месяц. — Тодоров довольно оскалился.
— Хорош зубы показывать. Не досчитаешься, — в тон ему ответил Юрий, откидываясь на спинку дивана.
Тот даже и не думал прекращать.
Они дружили уже вечность. Тодоров, судья. Он, успешный адвокат. Лысаков, капитан ФСБ. Минаев Иван ушел из силовых структур, открыл частное агентство. Это те, что собрались сегодня. Все без подруг, чисто мужская компания.
Лысаков по большей части отмалчивался, изредка поглядывая на Хованского. Юрий решил, что будет пить.
Раз его никто не ждет…
Неожиданно.
Парни трепались о чем угодно, кроме работы. Тоже негласное правило. Пятница — это пятница. Ни слова о делах. Можно пересечься потом, в будни, или нагрянуть в гости, обсудить в неформальной обстановке, что и как.
Юрий выпил еще стакан, прежде чем Лысаков кивнул ему.
— Пошли покурим.
Юрий поднялся.
Ярослав повел его во двор, на террасу. В дальнем углу на диване расположился мужчина. Сидел с закрытыми глазами. Они прошли в другую сторону.
— Ты как вообще?
— Яр, говори, что хотел. Не темни.
Яр достал сигарету и закурил. Выпустил дым.
— Будешь?
Лысаков знал, что он бросил с год назад. Но чуйка его не подводила еще. Юрий взял сигарету и прикурил.
Хорошо-о.
Напряжение постепенно отпускало.
Он запретил себе думать, чем занимается в данный момент Лиза. С кем она… Кто бросает на нее похотливые взгляды. В том, что так и есть, он не сомневался. Если его девочка отправилась в клуб, она сто процентов оделась так, чтобы у мужиков бешеная слюна начала капать. Иначе Лиза не могла.
Слишком яркая. Слишком привлекательная.
На нее смотреть одно удовольствие.
Иметь — еще круче. Ярче.
Ревность, сука, зашкаливала порой. А в его профессии это недопустимо. Он должен всегда сохранять холодный ум. И никаких лишних эмоций. Особенно при посторонних.
Поэтому он здесь, с друзьями.
— Ох, чую, лезу я не туда. — Яр снова выпустил струйку дыма и посмотрел на раскинувшийся ночной город.
— Сто пудов.
— Скажи, Юрец, ты давно видел Ксению?
Хованский мгновенно напрягся.
Глубоко затянулся.
— Да, Ярослав, не туда ты свернул.
Ксения…
Мама его сынишки.
С которой он официально развелся квартал назад.
