И потом, как тятя, пойду за стол, и там делать все. Трудно, но я посижу, а то один ты как. Надо все вдвоем.
Тятя, мине очень надо, чтобы шоколадка. Давай, чтобы шоколадка настала. Чтобы вот была и лежала тут. Давай ты себе купи мене играть. А она полежит, и ты доешь, и мне шарик скатай, я уже знаю. Это хитрые очень, я всеремя там ловил, а он бегает, и куда-то все прячутся, прямо не знаю. И холодильнике два, и за коробку и в кровати тоже потерял много. Давай чтобы или я вот тут синюю поймаю мышку, у мене тоже есть. С ней не очень интересно, толстая, но тоже могу. А лучше шоколад. Нее, я не буду, мне масла дай.
Это вот злая рука.
Вот эта вот и та тоже, они злая рука и ее злая помогала. Вместе в воду совались, а тятя бедный, и следом, не мог ведь без рук. Там в ванну бросал всякое и руки туда, все стирал, а тятя, а я сбоку, а они, их кусал, знаешь, вот прямо тут, и набил их тоже, они уу.
А меня потом одна взяла, вторая всего водой поливала. Грозили. А я потом сушил, а тятя бедный ведь стоял, пока не достирали. А потом-то тятя их научил, они вот, я смотрю, а тятя меня берет. А руки, кабута, те же самые. Не понимаю я, но пусть.
И вот тут вот к ногам прилипло! Штшта. Штаны! Я буду это, и догоню, как смелый, оторву, и бросался, а как остановится, сразу неинтересно. Только если тапок, но тогда я уже боюсь. Тапки злые. Кусал там один, молчит, а иногда ходит и мимо летает, если балуюсь. Не больно, мяхкий, но все равно.
А то, бываит, вечером, ну когда, а я как волк опять буду, только прыгать и вою. И на луну кабута, тока луна где двери и я на уголок сверху повою, и немножко медведь. Поцарапаю тут, другие медведи посмотрят – Турецкий и не пойдут. А я самый сильный тогда, а тятя ругается, что выл, но я пойду де темно, и там свою. Немношко же если, можно, даже тятя поймет. Нет медведя лучше волка, если котик. Тоже так играть можно.
Как за главного, так я. Уходишь вот за большую дверь и сидишь там, бывает, долго, а потом обратно, и меня за большого всегда оставляешь. Вот и буду. Я вот, все бы знали, тоже устал – хвост мыл, руки мыл, штаны мыл, живот даже мыл, и на лице там за ухом – мыл! И поспал. И еду поел, и в мешке все проверил, и вермишель за плиту прогнал, и еще помою хвост. Все как следует! Как большой.
А тут надо все опять следить, так не пускал! В ванну закрылся, там плещет. А я! В комнату закрылся, и там в пол веник шуршал. А я! Я же, тятя, не просто посидеть, я смотрю, чтобы как следует, а то вдруг перепутаешь и не так все будет. И ванну унесешь куда-нибудь, а как будем потом. Или там вот веник не так держишь, вдруг и уметешь все, а когда пусто, и негде делать все, чтобы жить. Как будем – тятя, я и стены? Негде спрятаться, а надо.
Тогда раз плохо смотрел, а ты стол туда унес, и за ним еще диван потом, совсем все не так сделал. Еще ничего. А еще потом меня в клетку сунул, а пока не видел – и дом весь спрятал, теперь другой вокруг наделал, а я там тоже любил, даже пусть всякие еще другие тетеньки были, я везде играл, и с ними иногда. Ну, тут тоже хорошо, но всеравно. Ты меня везде пускай, тятя, я посмотрю просто, чтобы ты все правильно. Как же без котов. Все не так же тогда выходит.
Тятя, драстуй, тяаао-уоооо!!! Нет! Сразу уходит! Нетнет, сразу, сразу уходит! Ойой! Уходит, я не могу такое, тятя, ты зачем привел, оно злох и висельс и где сверху, ох, топтат, и схвост, я весь как говорить, так прямо не могу! Ни даже ни мне и не показывай, я не буду ето, оно же страшное какое я бежал! Ииии…
(
Я уже не играюу! Эймоу! Нет, тятя, нет, я не играю яа! Ты злое там принес, уже унес? Я бы хотел, но там висит, и я не буду проверять, неет! Оно там наверху ходило, я же даже прямо и не знаю, что за круглый зверь, и хвост, и топал! Тут теперь все страшно, я осторожно был, прямо так вот пробегу ползком, нет, в кухне тоже, я ползком, а вдруг придет! Иди скорей сюда, и тоже прячься. Я выгляну, я посмотрю. Вот я… вот вы… я вы… я гля… ойнее висит, я побегу.
(
Тятяаааа! Мене бы там! А ты там не боял его всего? Или ты как там сидишь, а? Да ты здоровый, может, и не страшно! А он там сверху зависел с размаху, прыгал еще, и я такой подумал, все беда, и сразу всех поест, а я же не могу, когда меня поест, и сразу я ушел. Тятяяаа! Мене сюда иди, мы вместе будем сторожить. Я может не боюсь, я может ванну стерегу? Но вот он там сичас сидит, я подсмотрел, хвост придавили, и не бегает по потолку, так, так ему, а я скрадусь, я за столом вот тут, но тоже страшно, я вот здесь, и под стеною пойду, может не увидит, ой нет увидит, я обратно. Тятя, страшно.
(
(
Я нападу эйты! Эйты, а ну смотри я вот тебе как набью тут и, ойойоййооо!
(
