Чтобы так проколоться!
Первый выход на дело после Рождества – и она его угробила!
Перед ней возникла девушка из банкетной службы – брюнеточка со стрижкой под горшок. Убойное платье. На бирке написано «Джессика».
Она улыбнулась Летти и опустилась перед ней на колено, чтобы не кричать.
– Здравствуйте, как вас зовут?
– Гиджет, – сказала Летти.
– Гиджет, понимаете, этот столик забронирован. Мне нужно посадить сюда людей.
Внимание Летти привлекли выкрики за соседним столом. Там явно веселились холостяки. Орали во все горло в припадке безумной радости.
Летти влезла в свои платформы, с трудом поднялась.
– К вашим услугам.
Она заковыляла к танцполу. Куда угодно, только подальше от этого гама, от этой кутерьмы.
Но там – поразительно! – народу оказалось еще больше, чем прежде.
Стена тел.
Музыка лупит по ушам.
Бас гудит так, что вот-вот хватит удар.
Летти пошла по периметру этой вакханалии.
От столика, за которым сидела группа из трех парней, ее окликнули. Судя по акценту, с восточного побережья. Они уговаривали бутылку виски «Джек Дэниэлс» емкостью 1,75 литра и, судя по всему, набрались уже прилично. В любой другой вечер она подсела бы к ним выпить и освободила их от бумажников.
У нее ушло пять минут на то, чтобы протолкаться к выходу и выйти к бару перед ним.
Она корила себя на все лады.
Летти прошла мимо очереди искателей ночных приключений и оказалась в лобби «Уинна». Вот она уже на улице, яростно глотает сдобренный выхлопными газами воздух пустыни.
Скинула туфли и взяла их в руки.
В голове – полный хаос.
Завибрировал мобильник. Она достала его из сумочки.
Эсэмэска от Айзеи:
Хороший вопрос.
Она отстучала:
Он ответил:
Летти поднялась в номер, но успокоиться не могла. Что же ей теперь, лежать в кровати и прокручивать в голове свой эпический провал снова и снова?
Принять дозу?
В итоге ее занесло в «Зебру», бар в гостинице, где свободных мест было хоть отбавляй, все сиденья под зебру. На сцене состязались в мастерстве два пианиста, наяривая что-то быстрое и одиозное.
Летти села у стойки. С начала реабилитационной программы в Чарльстоне она и капли в рот не взяла, но сейчас ей хотелось развязать, да с треском и шумом.
Пока бармен готовил водочный коктейль «Лонг-Айленд», она разглядывала его – тот ли это человек, который поможет воплотить в жизнь ее честолюбивые замыслы на этот вечер?
Двадцать три или двадцать четыре. Гладко выбрит. Аккуратная стрижка. Наверняка ходит в качалку. Никаких тату, хотя, с другой стороны, кто знает, что там под черной рубашкой с длинными рукавами…
Бармен поставил перед ней напиток и сказал:
– Семнадцать долларов. Открыть вам счет?
– Конечно, запишите на номер комнаты. – Летти назвала цифру. – Кстати, как вас зовут?
– Даррен.
– Даррен, если мне понадобится что-то покрепче бухла, вы сможете послать меня в нужном направлении?
По его глазам она увидела: этот вопрос ему задают
– Поговорите с Джеем, бар «Жапонэ» в «Мираже». У него вечерняя смена.
– Спасибо.
Бармен оставил ее наедине с напитком.
Коктейль был крепкий и качественный.
Да, до этой минуты вечер не задался, но сейчас она все наверстает.
Летти склонилась над бокалом и высосала содержимое до дна.
Алкоголь шибанул по желудку, наполнив его горячей благостной влагой.
Летти пересекла бульвар.
Стрип в этот полночный час и не думал спать – он вовсю мигал и излучал нервную энергию, которая наполняла ее наркоманскую душу радостью, насколько такое было возможно.
Движение и не думало замирать – машины по обе стороны разделительной полосы из пальм едва ползли.
Практически все, кто проходил мимо нее, были на взводе.
Так ведь и она тоже.
Было приятно снова оказаться на улице, неспешно брести сквозь эти потоки шума и света, чувствовать на плечах и между колен дуновение пустыни Мохаве. Это настоящий сюр – быть в центре всего этого вихря и понимать, что в двадцати милях отсюда, в любую сторону – полный голяк.
Между «Островом сокровищ» и «Миражом» приземистый негр наяривал на губной гармошке. Играл за деньги, но денег никто не давал. В перевернутую шляпу «Панама Джек», что лежала на мостовой рядом с ним, Летти опустила двадцатку.
Он поднял голову.
– Помоги вам Господь. Помоги вам Господь.
Глаза, подернутые громадной мутной катарактой, смотрели прямо на нее. Его улыбка и пронзала насквозь, и обезоруживала.
Летти пошла дальше.
– Сдаваться нельзя! – крикнул он ей вслед. – Надеюсь, вы и без меня это знаете.
Она ускорила шаг.
Гигантский козырек над входом в «Мираж» сиял, словно полуночное солнце.
Вулкан перед казино извергался.
Люди снимали это диво на свои мобильники.
Через тропический ландшафт Летти прошла в отель.
Здесь были воплощены фантазии взрослых людей.
В атриуме разбит целый сад.
За стойкой регистрации – гигантский аквариум.
