Хорошенькие девчонки. Рассказы полностью

Такие мутные речи создавали иллюзию нереальности происходящего, но мозг постепенно адаптировался к тому, что происходит. Постепенно реальность накладывала на разум свои лапы.

– Открывай же, чего сидишь, – почти кричал я.

– Открыто, парниша, не беспокойся, – морщинистое лицо стало ещё более морщинистым в попытке улыбки. – А вот и они. Ты глянь, какие облака за собой они поднимают. Ну чем не ангелы?

Абсолютно неуместное замечание. Какие, к черту, ангелы, старый маразматик? А ведь с холма буквально слетают, четверо забеленных псов, стремившихся впиться клыками в моё горло. Я уже почти чувствовал укусы этих стервецов на своей шее, и через секунду размышлений о своей гибели я ворвался в хату. Даже здесь было от чего бежать. Комната была абсолютно пуста, лишь стул стоял посередине, а на нем лежал широкий нож длиной с локоть. Он был весь ржавый и явно тупой, но выбирать не приходилось. Если это действительно помощь, то не зря она придумана в это бешеном мире. Значит этот «нож» может как-то сберечь меня. Хотелось бы в это свято верить, а другого и не остается.

Я схватил этот ржавый кусок металла с ручкой и выпрыгнул в окно, ведущее в задний двор, скинув с себя свой рюкзак. Выпрыгнув в окно, передо мной уже не стояло никаких хат, а когда повернулся, я обнаружил, что выпрыгнул я из воздуха. Бред! Это просто не может быть правдой. Все эти фокусы с бесконечно появляющимися и исчезающими предметами – слишком не натурально. А вот собаки не пропали. Я решил взобраться повыше и там уже отбиваться вовсю. От этой своры далеко не убежишь. Они были уже близко, и у меня было всего пара десятков секунд, для поднятия своей туши наверх ближайшей вершины.

Мне это удалось без труда. Адреналин делал свою работу. Как только я укрепил свою стойку, первая же собака, разинув пасть, прыгнула на меня. Я наотмашь рубанул ей по лицу, затем чудом увернулся от второй псины. Первая упала замертво, третей я ударил с ноги по лицу. Ей это не понравилось, это было видно по тому, как она рвала глотку лаем. Четвертая повалила меня, в борьбе кое-как я умудрился её перевернуть и полоснуть по ней тесаком. Снова вернулась вторая, и её настырный характер сбросил меня с вершины. Пока мы катились кубарем в объятьях друг друга, я умудрился перерезать ей горло, а она умудрилась прокусить мне левую ладонь. Не успел я выпрямиться, как на меня налетела та самая третья. Она уже конкретно решила вгрызться в моё горло. Я удерживал её своим окровавленным орудием. Выждав момент, я вонзил ей палец в глаз. Это было неприятное ощущение, а для неё уж подавно. Она взвыла и попятилась, становясь лёгкой мишенью для рубящих ударов.

Её изрезанное тело впитывали солнечные лучи, когда я выпрямился и смог перевести внимание на то, что меня окружало. Вроде пейзаж все тот же – пустынный. Неужели это все? Ну, уж нет, позади меня оказалась пещера. Она была как раз в той горке, с которой я скатился. И как только я в неё не свалился? Она вела куда-то вниз. И снова позади меня раздалось знакомое шуршание. Что-то вновь бежало ко мне, желая крови. Вдруг из пещеры раздался ещё один стариковский голос, на этот раз женский.

– Милок, иди сюда, я уже и освещение тебе сделала, – сказала бабушка с факелом в руках.

Действительно, по стенам пещеры были расположены факелы, освещающие эту безнадегу. Но все же я не торопился шагнуть в эту бездну. Она пугала меня не меньше, чем эти «облака» на горизонте. Там бежал кто-то побольше собак. И как только я услышал едва заметный намек на стук копыт, все доводы остаться под небом растаяли.

– Что кроме света вы можете мне предложить? Вот мне тут нож подарили, – я мог уже улыбаться, явно схожу с ума.

– Вот тебе веревка, – она бросила моток верёвки с палец толщиной и, как-то слишком резво для своего возраста, двинулась вглубь.

Буквально через пару секунд я остался стоять у входа, а её и след простыл. Верёвка? И что мне с ней делать, даже вешаться не на чем – ни одного дерева. Я повесил этот моток на свое плечо, и, окрестив освещенный туннель крестным знамением, вошел. Я человек не сильно верующий, но в такой ситуации никакая помощь не будет лишней даже воображаемая. Сама мысль, что все обойдется, что я со всем справлюсь, поднимает настроение и заставляет противостоять безмозглой выдумке Демиурга.

На стенах пещеры через каждые метров десять висело по факелу с каждой стороны. Пещера казалась прямой, и это не сильно радовало, в такой пещере будет сложно уйти от погони. Стараясь мыслить позитивно, я не заметил, как факелы начали догорать. Я заметил это лишь тогда, когда стук копыт начал отдаваться эхом. Это был финиш. Нет ничего прекрасней лошадей, растаптывающих тебя в темноте, не правда ли? Эх, сидел бы дома, спал бы до пяти вечера, горя бы не знал. Хотя чего уж ныть теперь? Отчаяние не то, что сможет мне помочь. Эти мысли не мешали моей бдительности, искавшей выход из непростой ситуации. Вот уже свет совсем гаснет. Вот его уже совсем нет.