Хорошие солдаты полностью

Из всего батальона самым близким Козларичу человеком был Брент Каммингз. На три года младше Козларича, Каммингз поступил на военную службу по той простой причине, что любил Соединенные Штаты и хотел защищать свое сентиментальное представление о них: моя семья, моя передняя веранда, воскресный номер «Нью-Йорк таймс», пиво из маленьких пивоварен, собака. Он был в батальоне с первых дней его существования, и миссия 2-16 пока не вызывала у него сомнений в моральном плане. Правая рука Козларича, Каммингз старался относиться к войне так же определенно, как его начальник. Но он был более расположен к задумчивости, чем Козларич, и более склонен к самоанализу, чем подавляющее большинство солдат батальона, поэтому его требования к войне были глубже простого стремления к победе. Разницу между Козларичем и собой он однажды определил так: «Когда он сталкивается с отчаянием, оно не так сильно его беспокоит, как меня».

Эта склонность к беспокойству и потребность облегчать его хотя бы попытками действовать достойно — вот причины того, что однажды, говоря по телефону, Каммингз все сильнее расстраивался.

— Нам надо убрать не только дерьмо, но еще и труп. И это будет стоить денег, — сказал он.

Помолчал, слушая.

— Да, они, конечно, скажут: «Купи хлорку», но сколько хлорки мне покупать? Они скажут: «Купи щелочной раствор», но, мать честная, во сколько это обойдется?

Опять помолчал.

— Это не вода. Это сточные воды. Фу. Канализация.

Он сделал глубокий вдох, стараясь успокоиться.

— Нет. Я сам Боба не видел. Только снимки. Но вид у него жуткий.

Вздохнув еще раз, он дал отбой и взял один из снимков. Он был сделан с воздуха над Камалией — хуже всех контролируемой частью их ЗО. Жителей там, по оценкам, было тысяч шестьдесят, и с начала войны на них почти не обращали внимания. Район, как считалось, кишел боевиками. Вдоль улиц шли открытые канавы с неочищенными стоками, и большинство фабрик по восточной окраине Камалии были заброшены. Во дворе одной из них имелась яма, и там-то солдаты и обнаружили труп, которому дали имя Боб.

Боб означает bobbing in the float, объяснил Каммингз. Плавающий в жиже.

Жижа означает неочищенные сточные воды в отстойнике. Глубина — несколько футов.

А что означает труп, плавающий в жиже? Он покачал головой. Так был раздражен, что слов не хватало. Война обходилась Соединенным Штатам в 300 миллионов долларов в день, и, поскольку на то, как тратить эти деньги, имелись свои правила, он не мог получить достаточную сумму, чтобы избавиться от трупа, который мешал 2-16 выполнить свою самую важную на тот момент задачу — взять Камалию под контроль. А делать это надо было быстро. Из Камалии ПОБ и «зеленую зону» обстреливали ракетами и минами, и разведка доносила, что там, ко всему, еще и шло изготовление СФЗ и СВУ.

Фабрика, которая в прошлом выпускала безобидные макароны, должна была сыграть здесь ключевую роль. Важным элементом стратегии борьбы с повстанческими движениями в рамках «большой волны» было перемещение солдат с крупных ПОБ на более мелкие и не столь впечатляющие командные аванпосты (КАПы), которые необходимо было создавать посреди жилых районов. Стоящую за этим идею лучше всего выразил в сжатом виде Дэвид Килкаллен, специалист по борьбе с повстанческими движениями, который был советником генерала Дэвида Петреуса и написал в 2006 году доклад, широко циркулировавший в армии: «Первое правило расположения сил при борьбе с повстанческими движениями — находиться на месте… Если вас нет поблизости, когда произошел инцидент, вы, как правило, мало что можете сделать. Поэтому ваша первоочередная задача — присутствие… Это требует проживания в данном секторе, в тесном соседстве с его населением, а отнюдь не рейдов с отдаленных и хорошо защищенных баз. Передвигаться пешком, ночевать среди местных жителей, патрулировать район по ночам: все это менее опасно, чем кажется. Так налаживается связь с населением, благодаря этому оно видит в вас живых людей, которым можно доверять, с которыми можно иметь дело, а не инопланетян, спускающихся к ним из бронированного ящика».

КАПы были настолько важны для «большой волны», что штаб Петреуса отслеживал их количество как один из показателей ее эффективности. Всякий раз после создания КАП батальон сообщал об этом в бригаду, бригада — в дивизию, дивизия — в корпус, корпус — в штаб Петреуса, и там этот КАП добавляли к общему списку, который посылали в Вашингтон. Козларич пока что добавил к перечню один пункт — КАП первой роты в центре ЗО, — но не хотел на этом останавливаться. Следующий КАП — третьей роты — должен был вскоре появиться на юге ЗО, но по тактическим причинам нужнее всего был северный КАП в Камалии, который предстояло обустроить второй роте. В средней части Камалии была слишком нестабильная обстановка для КАП, но окраина, где находилась заброшенная макаронная фабрика, выглядела спокойнее.