– Да на раз-два! Если он поступил так с Таней и со многими остальными, понятно, что он за человек! А еще… Вспомни ту видеозапись, что хранил Леденин! В день похищения Тимура мы ведь видели, что кто-то его подманил!
– Нам показалось…
– Ничего нам не показалось! Четко видно, что мальчик на кого-то смотрит в той стороне, а Сумин заходит с другой!
– Может, на Михаила?
– Ага, конечно, и уверенно идет к нему, как к старому знакомому! Ты ведь сама говоришь, что Тимур был очень осторожным. Почему ты отказываешься признавать очевидное? Тимур знал твоего тренера, воспринимал его как хорошего знакомого. Он мог ему довериться!
– Она права, мама, – шепнул Тимур, не поднимая глаз. – Мог…
Они думают, что это так легко – взять и принять… Но ведь это не значит возложить всю вину на Петра Семеновича. Вина распределяется на них двоих.
– Тебе нет смысла больше участвовать в этом, – покачала головой Агния. – Ты сделала все, что могла. Как Ева додумалась отослать нас сюда – мы разберемся потом, может, она и сама скажет. Когда она устает ждать ответ, то дает его сама. А тебе нужно отдохнуть.
– Ты серьезно думаешь, что я смогу?
– Думаю, что постараешься. Заставишь себя, если надо, вспомнишь спортивную дисциплину. Потому что Тимур наверняка бы хотел, чтобы ты оправилась от этого шока и жила дальше!
Но сам Тимур молчал.
– Я должна встретиться с ним, – твердо заявила она.
– Со своим тренером?
– Да.
– Зачем? – поразилась Агния.
– Просто… просто хочу в глаза ему посмотреть.
Лия и сама понимала, что это глупо. Он не раскается, уже ясно! А ей от его равнодушия и уверенности в собственной правоте станет только хуже. И все же она чувствовала, что должна пойти. Какая-то часть ее души никак не могла смириться с тем, что все, услышанное о Петре Семеновиче, – правда. Ей необходимо было увидеть подтверждение.
А вот Агния придерживалась другой точки зрения:
– Это может быть опасно!
– Это не будет опасно. Скажи Даниилу Владиславовичу, чтобы начинал расследование… Или что ты там хочешь делать? Действуй по своей схеме. Я скажу об этом Петру Семеновичу. Он будет знать, что под подозрением. Он мне ничего не сделает.
– Если он способен убить ребенка, страх большего наказания его вряд ли остановит!
– Он не убивал Тимура. Может… только поучаствовал в этом.
Агния была готова спорить, и это чувствовалось. Но не стала. По глазам собеседницы она поняла, что это бесполезно: Лия уже все для себя решила.
Остаток пути они провели в молчании. Агния писала кому-то письма на планшете, Лия рассматривала ребенка, сидящего в кресле напротив. Для всего остального вагона это место пустовало. Но ей было плевать, она даже радовалась тому, что Тимур здесь… и пыталась понять, что скрыто в направленном на нее взгляде.
Они разошлись на вокзале.
– Тебе не нужно идти туда в таком состоянии, – укоризненно посмотрела на нее Агния. – Сколько ты не спала?
– Это неважно.
– Это видно! Хотя бы день подожди, Лия…
– Со мной все будет в порядке.
У подруги был такой вид, словно она собиралась остановить Лию силой. Однако обе они осознавали, что драка на вокзале – последнее, что им нужно.
От вокзала Лия взяла такси. Адрес назвала наобум, а потом только поняла, что угадала. В такое время он не дома, а у себя в офисе. Он не любил там бывать, впрочем… Но сейчас будет, она чувствовала.
Само слово «офис» напрягало Петра Семеновича. Он был из тех, кто по-настоящему жил только на стадионах. Но в этом мире, помимо практики, существует и бумажная волокита. Для этого ему и выделили помещение. Там он встречался со своими подопечными, спонсорами спортивных соревнований, журналистами.
За особые заслуги ему выделили офис на одном из верхних этажей высотного бизнес-центра. Это должно было впечатлить его, но, как признался он сам, не впечатлило. К себе он выставлял такие же требования, как и к своим ученикам: не думал ни о чем, кроме спорта. Но это его больше не извиняло.
Пока машина стояла в пробках, у Лии было время поразмышлять о том, зачем она едет туда. Угадать, как пройдет этот разговор, у нее не получалось, но и плакать больше не хотелось. Нужно просто идти и делать, это правильный путь.
В холле ее встретила секретарь и очень удивилась. Но Лие повезло: у Петра Семеновича не было гостей, он согласился принять ее сразу.
Он сидел за массивным деревянным столом, напротив окна во всю стену, и на этом фоне казался просто темным силуэтом.
– Эмилия, дорогая моя девочка! – он поднялся ей навстречу. – Наконец-то! Неожиданный, но приятный сюрприз!
– О чем вы? – удивилась Лия.
– Твое возвращение в спорт… Ты ведь ради этого пришла? Понятно, почему ты не позвонила мне: такие вещи нужно обсуждать только лично! Я знал, что скоро ты поймешь, что правильно для тебя. Тренировки начнем немедленно, и…
– Я не за тем пришла, – прервала его женщина.
– Я не понимаю…
– Я не собираюсь возвращаться к тренировкам. Я вообще в большой спорт не вернусь, только не после того, что было.
На лице Петра Семеновича отразилось абсолютное изумление: подобные слова казались ему кощунственными. Тренер тяжело опустился на кожаное кресло.
– Ты это точно решила?
– Да.
