Хороший мальчик полностью

Он с мокрым хлопком высвобождает кожу из плена своего поцелуя.

– У нас все серьезно, если я трахаю тебя в собственной кровати.

– Кто сказал? – Это звучит грубо, но я раскалилась быстрее той первоклассной плиты, которую заметила на его модной кухне.

– Я сказал. Эта кровать – храм. Она зарезервирована только для меня. И моих девушек.

Блейк проводит языком горячую линию посередине груди, и я безудержно дрожу. Будь он проклят. Ему нельзя делать такие заявления, когда он вылизывает меня. Невозможно же сконцентрироваться.

– Просто закрой глаза, Джесси. Обсудим детали потом.

Какие еще детали нам надо обсуждать? Я не его девушка, и я не его… ого. Язык работает сейчас над моим соском, и это просто божественно. Мягкие движения и нежные поцелуи, от которых пальцы ног зарываются в матрас. Его теплая ладонь движется вниз по животу, щекоча мой холм, накрывая ноющую плоть.

Я стону, когда нижняя часть ладони давит на клитор. Ладно. Он прав. Можем оставить разговоры на потом. Невозможно заниматься несколькими задачами, когда он меня касается. Когда он скользит вниз и оставляет жадные поцелуи на внутренней стороне бедер.

– Лучше мороженого, – хрипит он в мою чувствительную плоть и щекочет ее языком. – Намного слаще, детка. – Он захватывает маленького дружка губами и всасывает так сильно, что я кричу.

– О боже, – выдавливаю я. Пальцами зарываюсь в его волосы, удерживая его голову между бедрами. – Не останавливайся.

Его смех вибрирует во всем теле. Он продолжает, дразня пальцем мои складки, кружа вокруг входа. Наконец медленно проскальзывает внутрь. Я восторженно ахаю и начинаю двигать бедрами. И внезапно понимаю, что он тоже ими двигает. Он практически трахает матрас, пока лижет, сосет и стонет.

Я открываю веки и вижу сконцентрированное лицо Блейка, пока он доставляет мне удовольствие. Румянец на щеках. Непрестанное трение о матрас. Я пропускаю волосы сквозь пальцы и поднимаю его голову.

– Ложись на спину.

– Я еще с тобой не закончил.

– Доверься мне.

Он со сверкающими глазами ложится на бок, усмехается и поворачивается, засовывая руки под голову и ожидая моего следующего хода.

Боль между ногами невыносима, и из-за этого мне сложно двигаться. Приказываю дрожащим конечностям слушаться и забираюсь на мускулистое тело, повернувшись так, что зад оказывается над его лицом, а массивная эрекция – на уровне моих глаз.

– Мать твою, – ахает он. – Да, детка, это мне нравится видеть.

Две большие ладони накрывают мою задницу и притягивают ближе. Когда по мне скользит его язык, я чуть не кончаю на месте. Делая вдох, я беру рукой член и опускаю рот на набухшую головку. Я чуть-чуть провожу по ней языком и выдыхаю.

– Лучше?

В ответ слышу голодный рык, перемежаемый движениями языка по клитору.

Обхватываю член губами и мягко сосу. Солоноватый привкус щекочет рецепторы и будоражит кровь. Пенис, толстый и твердый, пульсирует во рту, и нет ничего сексуальнее во всем чертовом мире.

Не знаю, как долго мы лежим в этой позе, мучая друг друга жадными движениями и глубокими всасываниями. Как только основание позвоночника теплеет от первой дрожи оргазма, Блейк переворачивает меня.

– Хоспади! Если я сейчас тебя не трахну, то умру, Джесси.

Я хохочу так сильно, что заставляю дрожать матрас. Но мужчина не замечает: слишком занят поисками презерватива в тумбочке. Он гладит член, пока надевает резинку, а затем проскальзывает в мой вход и падает на локоть.

Проникновение быстрое. В одну секунду я болезненно пустая, а в другую – восхитительно полная. Блейк стонет в шею и двигает бедрами вперед. Потом он отступает, медленно и мучительно, пока во мне не остается только кончик, невыносимо меня дразня. Внутренние мышцы туго сжимаются, пытаясь втянуть его обратно. Мужчина на мгновение остается в этой позиции, встречаясь со мной взглядом.

– Приятно, – торжественно говорит он.

Я глотаю.

– Было бы приятнее, если бы ты двигался.

– Одну минуту. – Он подносит руку к моему лицу и мягко его гладит. – Дай насладиться. У тебя ярко-красные щеки. И такие же сиськи. – Он наклоняет голову и целует грудь. – Ты такая горячая, когда возбуждена.

Я хватаю его за задницу и цепляюсь пальцами за тугую плоть, пытаясь подтолкнуть глубже в себя, но его тело непоколебимо. Великая Стена Блейка не сдвинется, пока он не скажет.

– Ты произнесешь мое имя, когда кончишь? – Теплые мокрые губы скользят вверх по горлу и задерживаются в сантиметрах от рта. – Выкрикни, если сможешь. Это сведет меня с ума.

У меня вылетает еще один смешок.

– Чувак. Я не могу контролировать, что говорю во время оргазма. Это в основном какая-то белиберда.

Он целует меня, играя с языком, пока у нас не сбивается дыхание.

– Ты скажешь мое имя, – шепчет он. Не знаю, вопрос это или констатация факта, но я не способна это расшифровать, потому что он опять начал двигаться. Медленными, глубокими ударами.

– Черт возьми, Блейк, трахни меня, – прошу я.

– Мммм, – все, что говорит он, и ленивый темп продолжается.