– А какой твой любимый фильм?
– Не знаю. По мне, все фильмы одинаковы. – А какая твоя любимая книга?
– «По эту сторону рая»[4] Скотта Фицджеральда.
– Почему?
– Потому что я ее только что прочел.
Тут они рассмеялись – поняли, что я не выпендриваюсь, а серьезно говорю.
Затем они мне рассказали о своих любимых вещах, и мы замолчали. Я съел кусок пирога с тыквой, потому как официантка сказала, что это сезонное блюдо, а Патрик и Сэм еще покурили.
Понаблюдал я за ними: им вместе хорошо. Еще как хорошо. И хотя Сэм выглядит шикарно и сама такая милая, она стала первой девушкой, которую я задумал пригласить на свидание, когда машиной обзаведусь, и неважно, что у нее парень есть, даже такой классный, как Патрик.
– Вы давно встречаетесь? – спрашиваю.
А они хохочут. Реально хохочут.
– Что смешного? – спрашиваю.
– Мы – брат и сестра, – отвечает Патрик сквозь смех.
– Но вы, – говорю, – совсем непохожи.
Тогда Сэм объяснила, что они на самом-то деле сводные брат и сестра: отец Патрика женился на матери Сэм. Я от радости чуть с ума не сошел, потому что всерьез задумал когда-нибудь пригласить Сэм на свидание. Честно. Она такая хорошая.
Стыдно, конечно, но той ночью мне приснился нелепый сон. Мы были с Сэм. Голые. И она раздвинула ноги на всю ширину дивана. Я проснулся. Никогда в жизни мне не было так клево. Но и неловко тоже, потому как я без спросу разглядывал ее голую. Наверно, мне нужно признаться в этом Сэм – надеюсь, это не помешает нам в будущем обмениваться шуточками, понятными только нам двоим. Здорово, если бы у меня снова была дружба. По мне, это даже лучше, чем свидание.
Дорогой друг!
Ты знаешь, что такое «мастурбация»? Наверняка знаешь, ты ведь старше меня. Но на всякий случай объясняю. Мастурбация – это когда возбуждаешь свои половые органы, пока не достигнешь оргазма. Супер!
Я даже подумал, что в кино и в сериалах, когда говорят «перерыв на кофе», герои, возможно, используют это время для мастурбации. Хотя нет, тогда работоспособность снизится.
Шутка. На самом деле ничего я такого не подумал. Просто хотел тебя развеселить. Но «супер» – это я серьезно.
Я признался Сэм, что видел тот сон, когда мы с ней голышом лежали на диване, и до того мне стало паршиво, что я заплакал; а она что, как ты думаешь? Посмеялась. Причем не гнусно, нет. А по-доброму, тепло. Сказала, что я – чудо. И еще сказала: это нормально, что она мне приснилась. У меня сразу слезы высохли. А Сэм спросила, как она выглядела в моем сне, и я ей ответил: «Изумительно». Тогда она посмотрела на меня в упор.
– Чарли, тебе не приходило в голову, что по возрасту ты мне не подходишь? Тебе это понятно?
– Понятно.
– Я не хочу, чтобы ты понапрасну обо мне мечтал.
– Не буду. Это просто сон.
Тут Сэм меня обняла, и мне стало не по себе, потому что у нас в семье никогда особо не любили обниматься, разве что тетя Хелен. Но в следующий миг я втянул запах духов Сэм, почувствовал близость ее тела. И отступил назад.
– Сэм, я не виноват, что о тебе мечтаю.
Она молча на меня посмотрела, покачала головой. Затем положила руку мне на плечо и повела по коридору. А навстречу нам Патрик – они с ним иногда уроки мотают. Курить бегают.
– У Чарли ко мне чарлианские чувства, Патрик.
– Серьезно?
– Я с этим борюсь. – Это я поспешил обставиться, а они засмеялись.
Патрик попросил Сэм отойти, она так и сделала, а он мне кое-что объяснил, чтобы я понимал, как общаться с другими девушками и не мечтать попусту о Сэм.
– Чарли, тебе кто-нибудь рассказывал, как строятся отношения?
– Да вроде нет.
– Ты пойми: есть определенные правила, хочешь не хочешь, а надо их соблюдать. Сечешь? – Вроде да.
– Так вот. Возьмем, к примеру, девчонок. Откуда они узнают, как вести себя с парнями: приглядываются к своим мамашам, журнальчики читают, всякое такое.
Прикинул я насчет матерей, журнальчиков, всякого такого – и задергался: неужели ТВ тоже сюда относится?
– Ну нет, в кино девушки сплошь и рядом западают на каких-то придурков или еще того хуже. В жизни все не так просто. Им подавай того, кто ставит перед ними цель.
– Цель?
– Ну да. Понимаешь, девчонке всегда хочется парня переделать. И она выбирает для себя конкретный образец, по которому сверяет свои действия. Начинает, к примеру, играть роль мамы. А если мама вокруг тебя не суетится, не заставляет прибираться в комнате, зачем такая нужна? И где бы ты был, если бы мама вокруг тебя не суетилась и не заставляла прибираться? Мама каждому нужна. И сама это знает. Ты для нее – цель жизни. Понял?
– Ага, – говорю, хотя сам ни черта не понял. Ну, то есть понял ровно столько, чтобы сказать «ага» и при этом не соврать.
– Вся штука в том, что девчонка обычно считает, будто парня можно перевоспитать. Но что характерно: если бы она и впрямь сумела его перевоспитать, то потеряла бы к нему всякий интерес. Цели-то не останется. Девчонкам постоянно требуется время на обдумывание новых подходов, вот и все. Одна быстро сообразит. Другая не сразу. Третья – никогда. Я бы на этом не зацикливался.
