Сегодня почти каждый учитель разрешал нам просто сидеть и болтать, ведь мы уже сдали учебники. Но я, если честно, никого не знал, кроме Сьюзен, но после той встречи в коридоре она избегает меня даже больше, чем раньше. Так что я особо не разговаривал. Единственным нормальным уроком был урок Билла, потому что там я мог поговорить с ним. Тяжело было с ним прощаться, когда урок закончился, но он сказал, что это не прощание. Летом я могу позвонить ему в любое время, если захочу поговорить или взять книги, и я немного повеселел.
После урока Билла один парень с кривыми зубами по имени Леонард назвал меня в коридоре «учительским любимчиком», но я ничего не сказал, потому что, думаю, он всё не так понял.
Ел я на улице, на скамейке, где раньше мы обычно курили. Доев хо-хоб[2], я закурил сигарету и понадеялся, что кто-нибудь попросит у меня ещё одну, но никто не попросил.
Последний урок закончился, и все радовались и вместе строили планы на лето. И чистили свои шкафчики, выбрасывая на пол коридора старые тетради, записки и книги. Дойдя до своего шкафчика, я увидел худенького парня, шкафчик которого весь год был рядом с моим. Мы с ним никогда особо не разговаривали. Я прочистил горло и сказал:
— Привет. Меня зовут Чарли.
Он ответил только:
— Я знаю.
Потом он закрыл дверцу шкафчика и ушёл.
Я открыл свой шкафчик, положил все свои старые тетради и вещи в рюкзак и начал пробираться через коридорные дебри книг, тетрадей и записок к парковке. Потом я сел в автобус. И стал писать тебе это письмо.
В общем-то, я рад, что учебный год закончился. Я хочу провести с друзьями как можно больше времени, пока они не уехали. Особенно с Сэм.
Кстати говоря, этот год я закончил на «отлично». Мама очень гордится мной и повесила мой табель на холодильник.
Из-за вечера перед отъездом Сэм вся неделя прошла как в тумане. Сэм была вне себя, ведь вместо общения с нами ей пришлось готовиться к поездке. Покупать вещи. Собирать их. Что-то вроде этого.
Каждый вечер мы проводили вместе с Сэм, а днём она прощалась со своими двоюродными родственниками, обедала с мамой, в очередной раз ходила за покупками к колледжу. Она боялась, и ей не помогали ни алкоголь, который мы пили, ни травка, которую мы курили; она всё никак не становилась обычной, спокойной Сэм.
Единственным, что помогло ей спустя неделю, стал обед с Крейгом. Она сказала, что ей нужно было повидаться с ним, чтобы окончательно «закрыть» эту тему, и, на мой взгляд, всё прошло довольно успешно, потому что Крейгу хватило такта сказать, что она была права, расставшись с ним. И что она особенная. И что ему очень жаль, и он желает ей всего самого лучшего. Странно, когда такие люди ведут себя благородно.
Самое лучшее — то, что Сэм не стала спрашивать его о девушках, с которыми он, возможно, встречается, хотя ей хотелось бы узнать. Она рассказала это без горечи. Хотя ей было грустно. Но это была светлая грусть. Грусть, которой просто нужно время.
В ночь перед её отъездом мы все собрались в их с Патриком доме. Боб, Элис, Мэри Элизабет (она была без Питера) и я. Мы сидели на ковре в игровой комнате и просто делились воспоминаниями.
Шутки, понятные только нам, перестали быть просто шутками. Они стали историями. Никто не говорил о плохих временах и нехороших людях. И никто не грустил, ведь мы могли отсрочить завтрашний день, предаваясь ностальгии.
Через некоторое время Мэри Элизабет, Боб и Элис ушли, пообещав, что вернутся утром проводить Сэм. Так что в комнате остались только я, Патрик и Сэм. Мы просто сидели. Мы не говорили много. А потом стали вспоминать о наших общих моментах.
После того как я вспомнил об этом, мы притихли и загрустили. В тишине я вспомнил ещё кое-что, о чём не рассказывал тебе. Мы гуляли. Просто мы втроём. И я шёл посередине. Я не помню, где именно мы прогуливались и куда направлялись. Я даже не помню времени года. Я просто помню, как шёл между ними и впервые почувствовал, что кому-то нужен.
Наконец Патрик встал.
— Я устал, ребят. Спокойной ночи.
Потом он взъерошил нам волосы и ушёл в свою спальню. Сэм повернулась ко мне.
— Чарли, мне нужно собрать вещи. Ты останешься со мной?
Я кивнул, и мы пошли наверх.
