Над Шаром — шар. Весь Шар земной Единой Воле подчинен. Еще немного, и с Луной Мы многоцветной пеленой Сплетемся в шар один, двойной, И дальше, в Звездный Небосклон! Так пел я, клекоту внемля, Что раздавался с высоты. Вдруг, словно якорь с корабля, Орел упал. И вольно, для Полет, парит — и где Земля! Я с ним. — Ну, что же, видишь ты? Я видел. Чем я дальше плыл, Тем больше таял круг Земли, Земля была среди светил Как бы кадило меж кадил, Меж точек точка, свет могил, Земные Чары все ушли. Но, удаляясь от Земли, Я не приблизился к Луне, И Звезды Неба шли и шли, Звезда к звезде, стада вдали, В снежисто-блещущей пыли, В недосягаемом Огне. И вдруг я вскрикнул в звездной мгле, И вдруг упал орел седой. Я был в воздушном корабле, — Лежу разбитый на Земле. Орлиный дух познав в Орле, Кому ж скажу я: «Песню спой!» <p>КОМЕТА </p>По яйцевидному пути Летит могучая комета. О чем хлопочет пляской света? Что нужно в мире ей найти? Рисует вытянутый круг, Свершает эллипс трехгодичный, И вновь придет стезей обычной, Но опрокинется на Юг. Она встает уж много лет, Свой путь уклончивый проводит, Из неизвестного приходит, И вновь ее надолго нет. Как слабый лик туманных звезд, Она в начале появленья — Всего лишь дымное виденье, В ней нет ядра, чуть тлеет хвост. Но ближе к Солнцу, — и не та, Уж лик горит, уж свет не дробен, И миллионы верст способен Тянуться грозный след хвоста. Густеет яркое ядро, И уменьшается орбита, Комета светится сердито, Сплошной пожар — ее нутро. Сопротивляется эфир Ее крылатости в пространстве, Но Солнце в огненном убранстве К себе зовет ее на пир. К себе зовет ее, прядет Вселенски-светлые дороги, И луны, в страсти — крутороги, Ведут венчальный хоровод. Верховная пылает даль, Все уменьшается орбита. В Жар-Птицу Ночи — воля влита Все уже скручивать спираль. Пол-Неба обнял рдяный хвост, Еще пронзенья и червонца, И взрывность рухнется на Солнце, Средь ужасающихся звезд.
1908. Ночи Зимние
Беркендаль
<p>В БЕЛОЙ СТРАНЕ </p><p>«Псалом Безмолвия свершается сгорая…» </p>Псалом Безмолвия свершается сгорая, Горит закатами пустыня ледяная Разъявшаяся ширь загрезивших стихии Безгласность ясная Полярных Литургии. Над морем Белизны багряная завеса, Здесь царство хрусталей, здесь нет полей и леса. Ряд белых алтарей, глядящих в Небо, льдов, Всходящая мольба, без просьб, Псалом, без слов. <p>В БЕЛОЙ СТРАНЕ </p>Небо, и снег, и Луна, Самая хижина — снег. Вечность в минуте — одна, Не различается бег. Там в отдалении лед, Целый застыл Океан Дней отмечать ли мне счет? В днях не ночной ли туман? Ночь, это — бледная сень, День — запоздавшая ночь. Скрылся последний олень, Дьявол умчал его прочь.
