Тринити трудно отказать. Так что Руфь Энн помазала себя «Блистексом» и покорно отправилась вслед за Тринити назад по Яркому Сверкающему Пути. Через минуту они исчезли среди мебели и оставили Эми с Мэттом одних.
Спрячьтесь на Вашем личном острове, где Вы отыщете так необходимый Вам отдых – словно на облаке высоко над тревогами этого мира. «Мюскк» укрывает Вас в своих объятиях, уносит в путешествие к стране снов.
ВОЗМОЖНЫЙ МАТЕРИАЛ КАРКАСА: НОЧНАЯ БЕРЕЗА, БОБРОВЫЙ ДУБ И ПЛАТАН ДОСТУПНЫ ДВУХСПАЛЬНЫЕ, ПОЛУТОРНЫЕ И ОДНОСПАЛЬНЫЕ КРОВАТИ НОМЕР ТОВАРА 7524321666
– Ладно, – согласился Мэтт, загружая в рюкзак самопишущие потенциометры. – Нам нужно расставить их всех вдоль Яркого Сияющего Пути.
– Думаешь, они хоть что-нибудь покажут?
– Конечно. Только глянь на нашу осветительную сеть.
Он указал на потолок. В двенадцати футах над головой нависал лабиринт перекрещенных балок, кабелей, огромных вентиляционных и узких водопроводных труб. Всё маскировки ради закрашено той же белой краской, что и потолок.
– И что вы хотите найти в сети освещения?
– Мы-то не хотим. Но в этом магазине шестьсот восемьдесят ламп общего освещения и двести для подсветки товара, так что большая часть электромагнитной активности – от них. Именно ее наши датчики и засекут.
Он схватил датчик и помотал им в воздухе, будто палкой благовоний.
– Два миллигауса. Думается, это мы и будем регистрировать всю ночь.
– Тогда к чему эти датчики?
Мэтт вытащил портативную цифровую камеру, закинул на плечо рюкзак и вручил Эми карандаш и карту магазина.
– Помечай места, где я оставляю датчики. Если потеряю хоть один, Тринити меня убьет.
– Но, если они не покажут ничего, кроме фона от осветительной сети, зачем их вообще расставлять? – идя следом за Мэттом в глубину отдела Спален, поинтересовалась Эми.
– Потому что так придумала Тринити.
– И ты по уши втюрился в нее?
Мэтт не ответил. Эми знала, как Тринити действовала на партнеров мужского пола. Поиграть немного в супер-обворожительную японскую школьницу – и можно навербовать целую армию охотников за привидениями.
Мэтт положил первый датчик на прикроватный столик «Сильбиан».
– Джейсон Хоуз, мой любимый водопроводчик[3].
Эми молча посмотрела на него.
– Мне нравится называть датчики именами охотников за призраками с ТВ-сериалов. Но ты пометь их положение на карте, хорошо?
Они шли по Яркому Сверкающему Пути, оставили за спиной Спальни, начали петлять по Ванным и Шкафам. Мэтт останавливался каждые семьдесят пять футов, чтобы поместить датчик на комод «Финнимбрун», в ультраузкий одностворчатый шкаф «Лирипип», на стойку для участников «Нашей Команды» за Детскими Товарами. Каждому датчику давалось имя.
– Лоррейн Уоррен, разводит кур… Райан Бьюэлл, вздорный истерик… Джош Гейтс, помешанный на авантюрах болван[4]…
– С чего ты так на них взъелся?
– У этих людей проблемы с логикой. Они выдают желаемое за действительное. Произносят слово «энергия», не понимая, что оно значит. Делают вид, что разбираются в физике, хотя не имеют представления о том, как работают их приборы. Они зовут себя «учеными», но втаптывают в дерьмо саму суть научного подхода. А хуже всего то, что они ужасно выглядят на экране.
– А вы, конечно, будете выглядеть круто?
– Ну конечно! От Тринити прямо объектив горит. Она забавная и веселая, у нее суперстиль, умеет обращаться с инструментами и даже спаять контур, а это очень секси. Даже если мы не снимем призраков на камеру, то сваяем потрясное шоу: запишем скачки и провалы фона, загоним съемку на разных длинах волн, на длинных инфракрасных и на коротких, запишем интересную электроакустику, датчиками температуры обнаружим холодные места, поставим детекторы движения, постараемся записать ультразвук. Когда снимем, у меня будет куча крутейших записей самого жуткого места на земле, то бишь этого магазина после закрытия. Затем я займусь нарезкой и монтажом, и после, будь там призрак или нет, ролик получится на ура.
Эми вдруг поняла.
– Да ты же не веришь в духов. Вообще не веришь!
Мэтт включил камеру.
– Я верю в то, что духи – явление субъективного восприятия. У них нет объективной реальности. Они существуют сугубо в восприятии видящих их людей.
– То есть призраки – ненастоящие?
– Я этого не говорил. Ладно, давай-ка поснимаем. Здесь прямо как в «Детских играх».
Эми наблюдала за тем, ка Мэтт снимает плюшевых зверей, сваленных в большие корзины будто кучи трупов; полки, заставленные пустоглазыми куклами, идиотски уставившимися в никуда; простыни с цирковыми зверями на кроватях, где никто никогда не спал – будто в заброшенных детских призрачного города. Да уж, Мэтт знал, что делал. Он пересмотрел все сезоны всех когда-либо снятых шоу про охоту за духами и в точности знал, как подать аудитории желаемое: жутких кукол, страшные комнаты, зловещую игру наползающих теней.
– Но ты ведь говорил Тринити, что самолично видел духа, – напомнила Эми. – Полнотелое явление. Она же так и сказала.
